Ефим Смолин

Избранное от автора

Книга Ефима Смолина в "Золотой серии юмора" [издательство ВАГРИУС]

 

 

Содержание


Ну, медицина!..
Налегке
"Сеня исчезает в полдень"
Ценус повышениус
Эсперанто
По кавказским законам
У, ты какая!
За солью
Мужские страдания
В мирных целях
В Разливе
Нештатная ситуация
Толкучка
Клуб знакомств
Мнемотехника
Овен
Куда мы летим?
Передний край
Ночной кошмар
Письмо генералу
У голубого экрана
Свидетель
Внешний рынок
"Охота на лис"
Первый контакт
Узкий профиль
Предвыборная программа
Картинки с выставки
Мимикрия
Собачья жизнь
Телепаты
В электричке
Исповедь
Феномен
Светлое настоящее
Быка за рога
Секс по телефону
Переписка Славы и Сани
Когда спокойны павианы
Мустанг
День открытых дверей
Кусок таланта
Мутант

 

 

В издательстве сказали, что дают мне на автобиографию тридцать пять строк... Как можно в них уложить пятьдесят три года жизни? Ну вот, теперь вообще - тридцать одна остается... Будем экономить, только самое главное...

Кому интересно, что я родился в 1946-м, учился в 150-й школе, потом в Лесотехническом институте, потом десять лет оттрубил в "Литгазете" и вот уже двадцать лет пишу "юмор" для эстрады, радио, телевидения? Что я один из авторов монологов Геннадия Хазанова, автор "Радионяни", создатель "Колеса истории"?.. Никому... Людей мало интересуют авторы. Кто придумал мясорубку? Какая разница, лишь бы мясо крутила...

Боже мой, двадцать строк осталось...

Если людей что и интересует в биографии писателя-юмориста, то только одно - причина, по которой обычный человек превращается в шутника-профессионала.

Если б я сам знал, в чем причина... Может, в этом самом Лесотехническом институте, где было так скучно, что оставалось только веселить себя и других?

Но в одно время со мной, на одном потоке учился Борис Березовский... И в чем же тогда причина, что в одно и то же время один человек учится делать деньги, а другой - только шутить про них? Я не знаю этой причины...

Шесть строчек осталось, а у меня конь не валялся...

Я знаю, как писать смешно, а причину, почему я это делаю, - не знаю...

А смех без причины... Ну, вы понимаете, о чем я...

В этом моя жизнь и творческое кредо...

Ефим Смолин

 

Ну, медицина!..

МОНОЛОГ СТАРУШКИ В ПОЛИКЛИНИКЕ

Дама! Дама в юбке! К терапевту за мной будете. А я вон за той красной кофточкой... Тут еще желтая шапка занимала, но она отошла... Нет, совсем отошла... в мир иной...

Да не волнуйтесь, тут быстро принимают! Чего им долго-то - они ж не знают ничего...

Вот у меня было - насморк ни с того ни с сего... Наверное, съела что-нибудь... Так она мне капель на три копейки выписала! Вот такой пызырек, я клянусь!.. Ну что туда налить можно кроме чистой воды? Это по цене все равно что трамвайный билет в нос сунуть! И с тем же успехом! Вот так они лечат...

А вы сами, дама, извиняюсь, с чем пришли? "Голова болит"... Это вы съели что-нибудь... Да-а, с головой шутить нельзя: там же внутри мозг находится! И что вам назначили? Уколы? В какое ж место? "В то самое"... Ну вы подумайте, какая связь?! Где голова и где... это самое... куда колят!.. Вот так они лечат, вы понимаете!..

И это институт кончают! Выходят с него и не знают, где голова, где что!.. Так они учатся!..

А я тут как-то к глазному пришла... Чего-то глаз заболел - наверное, съела что-нибудь... Так этот глазной вообще неграмотный! Читать не умеет! Меня стал спрашивать: "Это какая буква? А эта?.." Так мало что неграмотный, вообще бандит какой-то! Говорит: "С вашим зрением вам минус один надо!.." А? Как вам это нравится - "минус один"? А у меня всего два глаза - что тут вычитать?.. Уй, что вы! С ними моргнуть не успеешь - тебе глаз вынут... Ну, медицина!..

А вон этот, гляди, по коридору идет... Не знаете? Ну, что вы! Нахальный такой!.. Между прочим, в трех местах работает! В трех: ухо, горло, нос... Конечно, где ж у него время возьмется, чтоб к каждому внимательно?..

Я ж тут к нему с ухом пришла... Да, наверное, съела что-нибудь... Так он мне живот даже щупать не стал... Я ему: "Доктор, у меня болезнь сложная - у меня в одном ухе Пугачева кричит, а в другом Киркоров..." А он: "Бабушка, вы здоровы! Просто у вас в доме слышимость такая - уши затыкайте!.." Ну? Вы что-нибудь такое слышали? Вместо того чтобы уши лечить, он их заткнуть предлагает... "Вы здоровы..." Я что - сорок минут в очереди просидела, чтоб домой без всякой болезни уйти?..

Что говорите? К вам внимательно? "Щупал"? Ну, ничего удивительного: вы, женщина, вон на сколько меня моложе... А хоть бы и щупал, толку-то? Они ж нас за людей не считают: пощупают, а потом после нас руки моют, как после кошки... Да, наверное, глистов боятся...

А вы у этого, у психопата, никогда не были? Ну, что вы! Я как-то пришла с нервами... Да, наверное, съела что-нибудь... Так он мне по ногам молотком лупить стал!.. Это, конечно, чтоб я к нему второй раз прийти не смогла... А вы говорите...

А чем красная кофточка болеет, случайно, не знаете?

Дама, я извиняюсь, вы чем болеете? Ногами? Это вы съели что-нибудь... Рентген? Не-ет, рентген ничего не покажет! У нас же как рентген делают? В полной темноте! Что они там разглядеть могут? Вот так! Им же для нас даже жалко лампочку вкрутить...

Я же тоже как-то с ногой пришла. Но у меня знаете, какая история? Туфельки тридцать шестой надеваю - чего-то жмут и все!.. Наверное, съела что-нибудь... И никто ничего в ноге найти не может - жмут и жмут!.. Что? Нет, вообще-то я тридцать девятый ношу... Но у меня денег было только на тридцать шестой, вот я и взяла... Так я этим врачам говорю: "Дайте таблетки, чтоб нога на три номера похудела..." - "Что вы? Откуда у нас..."

Ну, за границей-то наверняка есть такие таблетки для похудания ноги! А у нас откуда? У нас вообще знаете, как лекарства делают? То-то, что не знаете... А мне шурин рассказывал - он сам по врачебной части - в поликлинике пґольты выдает... Так он мне говорил: придумают у нас новую таблетку - и на мышах проверяют! Если не сдохнет - значит, и для нас хорошо!.. Но вот вы мне скажите, к примеру, если мыши дать пирамидон от головы, как вы узнаете, прошла у нее голова или нет? Она вам скажет, что ли? То-то и оно...

Так что, дамы, удивляться не приходится! Кроликам сено подкладывают и на этом основании выводят, что и нам зелень полезна... И вот ты эту зелень жуешь, пока у тебя уши, как у зайца, не вырастут...

Да... А я-то сейчас с радикулитом пришла. Наверное, съела что-нибудь... Нет, мне сказали один народный рецепт: надо, чтоб на заре ребенок ножками по пояснице потопал... Не, ну, у меня ребенок - Танюшка, ей сорок два, она с мужем в Хабаровске... И потом в ней шесть пудов - она ж раздавить может...

Только поэтому сюда и пришла. О! Наша терапевт идет! Здравствуйте, Галина Степановна!.. Видали? Со мной не здоровается! Злая... Наверное, съела что-нибудь!..

 

Налегке...

Тут таможня за границу? Пропустите меня, пропустите женщину! Что - без очереди? Да, без очереди! А вы, гражданочка, на мой живот посмотрите! Вам это о чем-то говорит? О чем? "Есть меньше надо..." Сережа, не обращай на нее внимания. Просто ставь сумки и все... Я не ругаюсь с ней, Сереж, я говорю меньше шмоток с собой за границу таскать надо и не будешь психовать, верно? Да! Потому что, Сереж, есть такие люди, им бы только что перетащить за границу, продать, купить... Нам то с тобой что психовать? Мы-то просто едем посмотреть, как люди живут, налегке. Я говорю, налегке едем. Серег, шестую сумочку сюда поставь...

Все, все досматривайте, нам с Серегой скрывать... Что? Ну, бинокли. Я ж говорю - мы только посмотреть едем... А? Два? Ну да, два. Мне и Сереге, по одному. Чтоб, знаете, не драться - "дай посмотреть, дай посмотреть"...

Что вы там еще нашли? Еще два? Ну да, два и... и еще два, по - резервному. Вдруг те два откажут? Представляете, как обидно будет? Специально ехали налегке, только посмотреть - и вдруг откажет? Конечно, подстраховка нужна...

Еще два? А-а, ну так это ж театральные... Да, шестидесятикратные, и что? Вы поймите, мы ж туристы, откуда у нас деньги на билеты в театр? Только так, издали на афиши навести...

Что? Еще один? Нет, посмотрите, граждане! Он спрашивает, зачем человеку седьмой бинокль! Это все равно что спросить, зачем человеку есть, пить, дышать... Вы забываете, что я с животом, мне волноваться нельзя! Не дай бог, выкидыш! Ребенок выскочит: "Где я? Что?" - осмотреться ему надо? А тут бинокль под рукой...

Не, ну, если так рассуждать, вы еще можете спросить, зачем мне микроскоп... Ах, вам, действительно интересно... Ну еще бы! Действительно, зачем человек везет с собой за границу микроскоп? Да чтоб в него свою валюту рассматривать!..

Пожалуйста, переходим к другой сумке... О! Я знала, что вы об этом спросите! Да! Это партбилет! Я - коммунистка и горжусь этим! И как бы вы, демократы, не смеялись над нами, я остаюсь трижды коммунисткой! Вот почему у меня три партбилета... Что вы там нашли? Пять! А Серега? А ребеночек родится? Да, мы его сразу в партию примем... Ну что еще? Ах, вас интересует почему они на разные фамилии? Да потому что из-за таких, как вы, мы уходим в подполье! Мы будем менять, адреса, явки, фамилии, но останемся большевиками!.. Что - "фотографии?" Да фотографии не наши! Потому что неизвестно, как мы будем выглядеть в этом подполье! Может, нас ждут такие трудности, что мы на себя не будем похожи! На бой кровавый, святой и правый... Но придет время, товарищи, и нас оценят в России так, как уже сейчас ценят в Европе, где каждый партбилет уходит за десять баксов... Вихри враждеб...

Да нет, я спокойна, конечно, у вас такая работа... Но вы все время допускаете бестактности. Люди едут налегке, посмотреть просто, а вы... Ну вот - опять! Да! Это - икра! Вы на живот посмотрите, да не на свой, на мой... Ну что вы, не понимаете? А вдруг мне солененького захочется? Да, шестьдесят банок! Что - "не положено", что - "нельзя"? Откуда вы знаете что мне нельзя, вы что - гинеколог?

Что еще? Что вы там роетесь? Военная форма? Ну, моя, а что вас удивляет? Ну, морская, да. А фуражка... Гм... А фуражка действительно танкистская... А что такое? Морская пехота вас не удивляет? Ну, а мы - морские танкисты... Да, мы по дну ползаем...

Что - ордена? Да, ордена! Да, мы их повсюду с собой, не расстаемся. Ну и что, что не наши... Пока не наши... А, не дай бог, что-нибудь и мы в бою отличимся? Что же - ждать пятьдесят лет, чтоб награда нашла своего героя? Нет, пусть на всякий случай под рукой будут...

Что? Это? Это противогаз... Понимаете, у Сереги очень ноги потеют... Вот я и думаю, чем брать ему носков двадцать пар, возьму лучше себе один противогаз... Один, конечно. Почему два? А где второй? На ком? Да нет, это я просто с утра не накрасилась...

Целый день на ногах, собой заняться некогда, у вас уже тут сколько торчим... Что вы так смотрите? Часов никогда не видели? Ах, "в таком количестве никогда"? Да, восемь пар... Так нас же двое! Вот, по четыре на каждого. Слава богу, не инвалиды какие - две руки, две ноги... Как это - "при чем тут ноги"? А мы и на ногах носим. Как это - зачем? Мы же в какой круиз едем? В морской! Что - ну? Вы вообще в море бывали? Ну вот - шторм! Стоишь на палубе, двумя руками за поручни держишься, чтоб в море не снесло. А время узнать хочется! А руки не оторвешь - волной смоет!.. А так - ногу поднял - а, полшестого...

Что вы на Серегу уставились? Нет, что вы ему на брюки смотрите? Что - штаны уже тоже провозить нельзя? Что вам "просто интересно"? Ну, что делать - расстегни, Серега, ну человеку интересно, он завидует...

Ну, и что вы там увидели? Да, дрель, и что? Это наше интимное... Внести в декларацию? Ну, дошли! Лезут к человеку в штаны и это дело вносят в декларацию! Ну, таможня! Ничего святого у вас нет!..

 

"Сеня исчезает в полдень..."

Известный драматург Николай Ступаков заканчивал сценарий многосерийного приключенческого фильма "Сеня исчезает в полдень..."

Собственно, уложить сценарий можно было и в одну серию, но всякий раз, когда главный герой, работник уголовного розыска Семен уже героически погибал, появлялась жена драматурга Анна Андреевна с очередной покупочкой, и Ступаков понимал, что оплатить ее денег за сценарий никак не хватит. Он безропотно вставлял в машинку новый лист и писал: "Семен отлежался и снова ринулся в бой!.."

Но, похоже, сегодня Семена уже ничто не могло спасти: Анна Андреевна с утра куда-то ушла, и драматург мечтал прикончить наконец надоевшего Семена до ее прихода... "Вот главарь банды Федька Кривой с трех сантиметров выстрелил прямо в сердце Семену!.."

- Милый! - Анна Андреевна вернулась в прекрасном расположении духа. - Как тебе эти английские сапоги?..

"- Ой-ой, - застонал оживший Семен. - Какое счастье, что я был в бронежелете... Он отлежался и ринулся в бой".

Всю новую серию он честно отстреливался от банды Ваньки Глухого, и только когда Анна Андреевна опять куда-то ушла, у него кончились патроны... "Бандиты приближались... Ближе, еще ближе - Семен выхватил гранату и бросил себе под ноги! Бум!.."

- Коля, - снова сказала Анна Андреевна, - а эта шубка к сапогам как тебе? Правда мило?..

"...Взрывной волной Семена отбросило к нашим. Он отлежался и снова ринулся в бой! - Тридцать пять страниц нового сценария драматург вместе с Семеном за кем-то гонялся, в кого-то стрелял, рубил шашкой, приговаривая: "За сапоги! За шубку! За сапоги! За шубку!.." Они уже поймали Федьку Кривого и Ваньку Глухого, Леньку Безухого и Степку Безносого, Тольку Безногого и Кольку Безрукого... Кажется, уже не осталось больше органов и частей тела, которые он не отнял бы у бандитов, давая им клички! Казалось, еще секунда - и он назовет очередного из них так, что перед детьми стыдно будет!..

Но тридцать пять страниц - это как раз столько, сколько надо, и на тридцать шестой он решил кончать с Семеном. "И споткнулся под Семеном гнедой жеребец, и полетел Семен через голову, и занес над ним шашку бандит, и последнее, что увидел Семен - стремительно летящий на него, отливающий золотом на солнце клинок..."

- Да, - сказала в этот момент Анна Андреевна, - все-таки золото - это золото! Посмотри, какие сережки купила...

"...Отливающий золотом клинок остановился буквально в миллиметре от головы Семена, и бандит нерешительно спросил: "А правда гутарят, что большевики землю дают?" - "Правда! Ну конечно, правда!" - закричал Семен. Он отлежался и ринулся в бой..."

...Еще час пятнадцать экранного времени он громил "малины" и "хазы", и только в самом конце серии его поймала вдова Федьки Кривого - Дунька, тоже Кривая... И то ли Дунька оказалась такая жестокая, то ли очень уж Семен надоел драматургу - но решили его заживо сварить в кипятке... "А-а-а!" - зашелся в предсмертном крике Семен.

Его бросили в котел в тот момент, когда Анна Андреевна затеяла евроремонт...

"А-а-а! - снова закричал из котла Семен, уже в начале новой серии. - А-а-а, опять горячую воду отключили!.. Он отлежался в котле и ринулся в бой..."

...Он уже поймал всех "мокрушников", карманников, пиджачников, брючников, накрыл цех по производству подпольной водки, и те, кто там химичил, поймали его и решили растворить в серной кислоте... Семен уже вступал в реакцию окисления, когда... Анна Андреевна подъехала к дому в новеньком автомобиле...

Назло всему преступному миру Семен не растворился, а выпал в осадок! Он отлежался в осадке и ринулся в бой!..

Работая над сто девяносто второй серией и чувствуя, что сходит с ума, драматург решил-таки покончить со своим героем. Он помог Семену оступиться и провалиться в медвежью берлогу. Огромный косматый зверь поднялся навстречу Семену, оскалил жуткую голодную пасть и пошел на него...

- Все! Все! - радосто закричал драматург.

- Нет, это не все, - услышал он голос Анны Андреевны.

Драматург затравленно оглянулся и увидел у нее за спиной запыхавшихся грузчиков...

- Это не все, - повторила Анна Андреевна. - Это только мягкая мебель, а стенку еще разгружают...

"...Семен, нащупав в кармане кусочек сахару, протянул медведю. Медведь взял сахар, встал на четвереньки и сказал:

- Товарищ Семен! Оперуполномоченный Петров прибыл в ваше распоряжение! Фу, прямо задохся в этой шкуре... Вы сейчас отлежитесь - а завтра ринемся в бой..."

 

Ценус повышениус

 

Это случилось в тот день, когда объявили о повышении цен. Я очень машину купить хотел, а как цены подняли, смотрю - мне теперь только на руль хватает... Ну, я его и взял... И бегал с ним по улицам: "Бип-бип!" - пока бензин не кончился. Ну, до колонки на Садовом кольце дотянул, подрулил к очереди. Большая! Все и в бак, и в канистры берут. И разговор один: "Будет на бензин повышение?.."

Когда моя очередь подошла, спрашиваю заправщицу:

- Я недавно на машине, мне куда вставлять?..

А она грубая такая! Говорит:

- Вставь его себе знаешь куда?..

Ну, я и вставил... Из очереди обступили меня, смотрят...

- Чего смотрите, - говорю, - бензина никогда не видели?

А они меж собой толкуют:

- Гляди, как мужик заправляется!.. Точно повышение будет...

Ну, черт с ними, заправился, домой рулю. Приезжаю, а дома несчастье: тесть с ума сошел...

Люська, жена моя, плачет:

- Папе, - говорит, - утром открытка на телевизор пришла, он пошел - а там такие цены! Вернулся, вырезал экран из обувной коробки, голову вставил и вот теперь...

Гляжу - тесть головку так набок, глазки выпучил и говорит:

- Добрый день! Начинаем "Очевидное-невероятное"!..

Я, конечно, сразу в психушку позвонил:

- Немедленно приезжайте, - говорю, - у нас тесть телевизором прикидывается...

- А, - отвечают, - мы знаем, это новая болезнь. По латыни - "ценус повышениус".

- Мне плевать, как называется, - говорю. - Вы когда приедете?

- Завтра...

- Как - "завтра"? Вы с ума сошли!

- Очень много работы, - объясняют. - Мы сейчас в первую очередь берем тех, кто до повышения о финских унитазах мечтал. Это вам не телевизор! Вы представляете, что они там изображают?.. Прямо на полу...

- А наш папа, - кричу, - вон бегает по квартире со шнуром, хочет себя в сеть включить!..

- А вы ему внушите, что он на батарейках...

- Как же я внушу? - спрашиваю. - Я ж знаю: в телевизор шесть штук входит от "китайского" фонаря! Куда я ему столько вставлю? В крайнем случае, могу одну "крону" вставить... Но предупреждаю - звук будет не тот...

Они помолчали, потом вкрадчиво так спрашивают:

- А... сами-то вы... как?

- Я-то отлично, - говорю. - У меня вообще праздник сегодня: машину купил, заправился...

- Не на Садовом кольце? - спрашивают.

- На Садовом...

- Тогда, - говорят, - не волнуйтесь! Мы сейчас приедем...

- А я и не волнуюсь, - говорю, - что с папой-то делать?

- Его тоже не волнуйте, - говорят, - делайте вид, что все нормально: телевизор как телевизор... Сидите, смотрите на него. А жена ваша дома?

- Дома...

- Она с вами бензином не заправлялась?

- Не-ет...

- И телевизор не изображала.

- Не изображала...

- Слава богу, - говорят, - дайте ей трубочку...

Жена послушала их и говорит:

- Значит, так. Папу, оказывается, надо отвлечь каким-нибудь его любимым блюдом. Он у нас бифштекс с тушеной капустой любит, пойду мяса куплю...

И пошла. А я с тестем остался. Сижу, смотрю на него. Страшновато, конечно.

Тем более он вдруг как заорет:

- Все кругом говно, а температура в Петербурге нормальная!..

Я и не врубился сразу, что это он "600 секунд" с Невзоровым изображает.

Выпил маленько для храбрости. Так все хорошо, но что-то фокус расплываться начал. Ну, я ему на голову комнатную антенну поставил, штекер в ухо завел - вроде поприличнее стало...

И тут из магазина "Мясо" жена влетает с криком:

- Му-му! Хау ду ю ду!..

Я понял, что она вслед за папой мозгами поехала...

- Люся, - говорю, - что ж ты сразу за мясом пошла, сразу себе шоковую терапию устроила? Ты должна плавно входить в рыночную экономику - сходи за капустой сначала...

Она и пошла. Я опять сижу, на тестя смотрю. Не волную. Пуговки ему на пиджаке кручу - вроде программы переключаю... Тут санитары и прибыли.

- Так, - говорят, - это и есть ваш тесть?

- Тихо, - говорю, - он сейчас "Рекорд" с японской трубкой...

Санитары говорят:

- А нормальные в доме есть?

И тут как раз жена с морозца приходит. Но без капусты... Мне-то это сразу не понравилось. А санитары:

- Наконец-то! Хоть один нормальный человек! Женщина, идите сюда...

Люся говорит:

- Сейчас, разденусь только...

И со словами "Сорок одежек - все без застежек..." - как пошла с себя все снимать! Шубу, платье, колготки...

Я как наброшусь на санитаров:

- А вы чего глазами лупаете?

- Ждем, - говорят, - когда она до кочерыжки дойдет...

А старший добавил:

- Будем брать всех...

Ну, вышли к "скорой помощи". Я с Люськой, тесть с "телевизором"... И тут - хотите верьте, хотите нет - останавливается рядом длинная черная машина, из нее вылезает - я его сразу узнал - сам премьер-министр и говорит, улыбаясь:

- Ребята, будете смеяться, у нас бензин кончился... Не отольете?

Ну, санитары - известные жлобы! Сразу:

- Нет! Сами на нуле...

А я говорю:

- Я могу отлить... Я сегодня только машину купил - по уши заправился...

Премьер оживился:

- Машину купили? Так вы новичок - вы хоть знаете, куда вставлять?..

- А как же, - говорю, - меня заправщица научила...

И пристраиваюсь к премьер-министру...

Тут санитары ко мне бросились:

- Ты что делаешь, гад? Дома не мог?!

- Вы что, ребята, он же сам просил заправить его...

Санитары принюхались. Сначала один, потом другой:

- А ведь бензин, Федя...

- Точно! И с водкой! Я с ума схожу!

- Я тоже! Давай я тебя свяжу, потом ты меня...

Я связал их, потом тестя, потом Люську... Хотел еще прихватить стоявшего в шоке премьер-министра, но он сказал, что на своей поедет - я ж его заправил...

 

Эсперанто...

Сеньор! Как же это по-вашему... Ну, это... у... а... ы... показати! Ну, тефлон! Сковородоси... Понял наконец, дубина итальянская... Ну, и сколько ты хочешь? Цифры напиши! Смотри, это понимает, курва капиталлистическая... Сколько-сколько? В лирах? Она что, сковорода эта, вместе с яичницей уже?

Я говорю, у меня от твоей цены... эти... глазунио на лоб лезут, вот! Челентано отвисло... Ага, шесть тыщ, как же... А фиато с маслом не хочешь?

Ты пойми: я... я... туристо! Россини! С корабля... "Петручио Первый"!.. У нас вообще этих лир нет! Ну откуда? У нас даже поэт знаешь чего сказал? Я, говорит, лиру посвятил народу своему... Да, одна у него была - и ту посвятил. И знаешь почему? Потому что в гробу он их видел, эти твои лиры, вместе с твоей сковородкой... Гробано видато!..

Подожди! Куда ты уходишь? Что ты сразу от ворот... Поворотти делаешь... Обидчивый какой. Я тебе предлагаю такой ченч: ты мне эту сковородоси, да, а я тебе - сейчас Санек поднесет - матрешку... Ну, матрешка - ты инглишь знаешь вообще? Это такая вумен. Но не одна, а несколько! Мал мала меньше! Представляешь, ты мне всего одну, одну-единственную сковородку, а я тебе - ван вумен, ту вумен, сри вумен... Что ты мне на публичный дом показываешь? При чем тут это? При чем тут группенсекс? Что ты озабоченный такой?

О, Санек! Наконец-то! Где ты пропадал? Знакомьтесь, ребята! Это Санек, мой, так сказать, другано... А это сеньор Баранио, ни хрена по-английски не понимает...

Вот, сеньор, это и есть матрешка! Понимаешь? Как это - "не есть похожа"? На кого? "Ельцин"? При чем тут Ельцин? Ну это же разные вещи! Ельцин - это... это мужской матрешк... Ну, мужской! Самецо! Кобелино! Фу, дошло наконец... А это - вумен! Ну, как тебе объяснить... Ну... Наина Иосифовна...

Берешь? Ох, еле уломал, твою мазер...

 

По кавказским законам...

Меня часто спрашивают:

- Гоги, ты такой здоровый, наверное, спортом занимаешься?

- Занимаюсь, - говорю, - мы вместе с Вахтангом, моим другом-соперником, занимаемся...

- Что делаете? Кто больше прыгнет?

- Не-ет...

- Кто больше поднимет?

- Не-ет, дорогой, - говорю, - кто больше купит...

Я тут Вахтанга в гости позвал. Приходит - у него сразу настроение испортилось: японский телевизор увидел... Посидел чуть-чуть, быстро встал:

- Завтра к нам в гости приходите...

Приходим - перед ним большой японский телевизор, перед его женой большой японский телевизор, перед его бабушкой большой японский телевизор и еще маленький такой, как "Юность", перед кошкой стоит...

Вахтанг подбоченился, спрашивает так ядовито:

- Гоги, почему такой грустный, за меня, за друга, не радуешься?

Я говорю:

- Я не грустный, просто мне тебя жалко: посмотри на этот телевизор - где такие ненатуральные видел? У диктора нос синий, как баклажан...

Вахтанг:

- Где? Это? Нет, это не диктор! Это мой брат чинит, с той стороны голову в экран сунул...

Я говорю:

- Хорошо! Завтра к нам, пожалуйста...

Назавтра они с женой приходят - а у нас на столе итальянское кушанье очень модное, спагетти называется, длинные такие макароны...

Они обалдели, конечно, но виду не показывают.

Жена Вахтанга говорит так ядовито:

- Ва! Эти спагетти-шмагетти... Жую-жую, по вкусу резину напоминает...

И моя Сулико тут ей вставила:

- Дорогая, ты же так увлеклась, не заметила, как телефонный шнур на вилку накрутила...

Вахтанг вскочил:

- Завтра к нам, пожалуйста!

Приходим - у них японские блюда...

И Вахтанг в кимоно, жена его в кимоно и даже, как японка, ребеночка себе на спину повесила...

Мы принципиально не замечаем. Сидим - ничему не удивляемся.

Вахтанг терпел-терпел, потом не выдержал этой войны нервов и как крикнет:

- Слушай, почему не замечаешь? Думаешь, ей легко ребенка на спине таскать? Ему все-таки восемнадцать лет!.. И вообще - посмотри кругом: у меня все старинное! В этом кресле сидел сам Шота Руставелли! Из этого кубка пил сам царь Давид! На этой кушетке лежала сама Тамара! Вы вообще, хоть знаете, кто это такая?..

Моя жена, большая умница говорит:

- Конечно знаем: Тамара, буфетчица... Все знают, что она к тебе ходит...

И мы не стали дожидаться, чем у них там вечер кончится, встали... Я на прощание говорю:

- Приезжайте к нам на дачу, дорогие...

Они приезжают - а я стою во дворе, как бы между прочим свой новенький "Вольво" протираю. И так невинно спрашиваю:

- Вы, конечно, на электричке приехали?

- Да, - говорят, - на электричке...

И Вахтанг тут добавляет так ядовито:

- Машину сегодня любой дурак купить может... Я - электричку купил, вон, за домом стоит...

Посидели часа два, потом говорят:

- Ну, теперь вы к нам! Приходите, посмотрите - у нас теперь говорящий попугай, дрессированный...

Приходим... Я в таком новом кашемировом пиджаке... И тут этот говорящий, дрессированный попугай по счету "раз" взлетел, по счету "два"... на пиджак мне нагадил!..

Вахтанг говорит:

- Ну, извини, что расстраиваешься? Это ж все-таки не слон...

Я говорю:

- Вахтанг, спасибо за идею! Очень прошу - приходи завтра... Не придешь - зарежу!..

Ну, пошел в зоопарк, договорился - привел слона... Мы его с соседом по площадке на две квартиры поставили. Причем у соседа та часть слона, которая кушает, у меня... все остальное...

Вахтанг приходит... А сосед как раз перед этим свою часть накормил... и тут моя половина слона оживать стала!..

Честно скажу, никто не знал, что в этот вечер Вахтанг придет новой дубленкой хвастать. Никто не знал! Ни я, ни сосед, ни тем более сам слон... Это все вышло, ну... как импровизация!

И то, что после этой импровизации Вахтанг ко мне не ходит, я еще могу понять, - ему теперь не в чем... Но почему он нас не зовет?

Честно скажу: скучаю без друга... Я что - для себя это все покупал? Картины, люстры, дачи, книги? Для друга покупал: если другу от всего этого плохо станет - значит, и мне будет хорошо...

Вахтанг, приходи-и-и! Я очень скучаю!..

 

У, ты какая!..

Девушка, а девушка! Ну погодите, я уже километр за вами по пляжу иду... "Что-что..." Сколько времени, не скажете, вот что... Полшестого? Спасибо, меня Владик зовут, дай поцелую... Как это - "не знакомы совсем"? У, ты какая!..

"Не знакомы..." Если ты культурная - должна меня знать. "Откуда..." Я ж писатель, ты что - моих книг не читала? "Муму", "Дядя Степа"... Ну дай поцелую!..

Почему "нет"? Ах ты не любишь писателей!.. А режиссеров? Да? Тогда я режиссер. Тебе мои фильмы нравятся? Ну там - "Броненосец "Потемкин"", "Ирония судьбы..." Да? Ну дай поцелую... Ты чего пихаешься? У, ты какая!..

А мы ведь, режиссеры, знаешь как? Раз поцелуем - сразу женимся. Ага. На фестиваль поедешь со мной?

Кто руками лезет? Я? А, забыл: ты не в курсе... Ну, я ж слепой, знакомлюсь так, на ощупь... Ну что - "извините, извините"... Ты ж не знала... Да, это после одной аварии... Я ж танкист, горел в танке... На ученья со мной поехали? Поехали, найдем тебе дело! Ты танк водить умеешь? Нет? А стрелять-целиться? Тоже... О! Я придумал! Мишенью тебя поставим!..

Как приедем в нашу танковую... эту... как ее... а, вспомнил - эскадрилью! Как приедем - сразу свадьбу! Да, мы танкисты - только так! Ой, ты обязательно напомни мне на свадьбу позвать маршала бронетанковых... Да, а то он и так обижается на меня... Да, понимаешь, он просил на танке покататься, а я не дал...

Не, а чего смеешься-то? Чего не веришь? Кто женатый - я? Да с чего ты взяла? "Кольцо на пальце"? Гм... Действительно, кольцо... Откуда? А! Все! Вспомнил! Вспомнил - это ж... это ж... не мой палец-то... Да, авария, свой сломал... Ну - "как, как..." Я ж вообще летчик... Ну вот, упал с самолета - палец сломал. Пересадили другой - попался с кольцом... Теперь поняла? Ну дай поцелую! Почему? У, ты какая!..

Да что ты все - "женатый, женатый..." Тебе в нашем санатории еще не такое про меня наговорят! Просто они нашему счастью завидуют!.. Еще бы! За моряка-то каждая хочет выйти... Да, я вообще моряк... Моряки, они знаешь какие влюбчивые? Вот как увидел тебя - не сплю с тех пор!.. Почему не веришь? "Только сегодня утром приехала"? Ну, вот с тех пор не сплю... "Еще ни одной ночи не было"? А-а, ты не поняла! Я днем не сплю, как ты приехала! Да! В "тихий час"...

А по ночам-то... Что - "ты в курсе"? Ну-ка, ну-ка! И кто тебе сказал, что я ночью не сплю? Наташка? Это она тебе... Я к ней ночью в окно на третий этаж лез?.. Ты подумай! Значит, опять у меня эта штука началась... "Какая..." Все тебе скажи... Ну, последствия контузии. Да, я ж вообще шахтер... Ну, обвал в шахте... Теперь по ночам кажется, что засґыпало, все время хочется куда-нибудь наверх полезть... Вот я к Наташке, на третий этаж... Что? Ага... То есть ты спрашиваешь, почему я ее при этом хватал? Так... она ж худенькая, я ее за отбойный молоток принял... А люблю только тебя! Дай поцелую... У, ты какая!..

Ой! Ой!.. "Как тебе верить, то летчик, то шахтер..." Ладно - скажу. Но - только между нами! Я физик секретный... Закон Кулона слышала? Вот моя работа. Видишь, как я тебе доверяю? А ты? Ну дай поцелую... У, ты какая...

Вот недоверием оскорбляешь, да? Расcтраиваешь? А мне ведь волноваться нельзя! Перед чемпионатом мира... Я ж вообще-то пловец... Что ты "видала"? Ну что, что "у берега"... Кто "барахтается"? Кто "только до коленок"... Да, я купаюсь у берега! Правильно! Я ж не имею права свой способ раскрывать! А вдруг где-нибудь японцы с кинокамерой? И потом все мои движения... Они, японцы, знаешь какие дотошные? Да! Ну, они-то в отличие от тебя прекрасно знают, что я как рыба плаваю! Потому что у меня мозг легче воды...

Ой, я тебе уже столько своих секретов, а ты... у, ты какая... даже поцеловать не даешь! А ведь для меня ты... Ты знаешь, что ты для меня? Знаешь? Ну скажи тогда, если знаешь... "Курортный роман..."

"Курортный роман..." Как же тебе не совестно... Мы, десантники, люди серьезные! На, читай татуировку! Читай, что у меня на груди написано! "Люблю до гроба"! Поняла? До гроба! Люблю! Осталось только приписать кого...

И знаешь, я тебе так скажу: я люблю, чтоб все по-серьезному! И прямо тебе скажу, ты не обижайся: пока свой телефон не дашь - не буду с тобой целоваться! Что? Мой телефон тебе записать? А... А чего его записывать, он простой, его и писать не надо, любой запомнит. Телефон у меня - ноль один, спросишь Владика... Да, ноль один, у нас на всех пожарников один телефон, я ж вообще пожарник...

Я тебе и адрес дам! Если ты и после этого скажешь, что я не по-серьезному! Пиши адрес: "Узбекистан, Новгородская область, Рига, Владику до востребования..."

Ну что, что тебе все-таки кажется? Что женатый? Ну что тебе - документы показать? "Показать..." У, ты какая! Хорошо! Смотри! Пожалуйста, вот документ, с печатью, читай: "Действительно на сентябрь для проезда в трамвае и метро"... Ну, и где тут написано, что женатый?..

Куда ж ты? Подожди! Дай по-це-лу-ю!.. Ушла... Вот женщины... Не поймешь, что им надо...

 

За солью...

Сейчас страшно, что делается - один разврат на уме! Причем, бывает, знаете, внешне - не подумаешь даже...

У меня тут жена во вторую смену работала, а я дома никак соль найти не могу.

Захожу к соседке, оперная певица, ну казалось бы!

Спрашиваю:

- У вас соли нет?

А у нее, видимо, одно на уме. Она мне:

- Мне это кажется странным: прийти за солью в час ночи...

Я говорю:

- Как раз ничего странного - где я еще в час ночи соль возьму? Конечно, если я вас разбудил...

Она говорит:

- Нет, я не спала, я с Рабиндранатом Тагором валялась...

Представляете? Вот тебе и певица! Прямо так и сказала! Ничего не стесняется! Мне потом мужики во дворе объяснили: Тагор этот - писатель индийский! Конечно, чего ей с нашими-то?

А тут у меня жена в первую работала, ну я с утречка к соседке... за солью. Я уже руку к звонку протянул, слышу - мужик какой-то за дверью: "Отдохнули? Теперь ложимся на коврик, на счет "раз" потянулись, на счет "два" выдохнули...

Ну, я все-таки позвонил. Певица открывает, как ни в чем не бывало...

- Извиняюсь, - говорю. - Как интересно получается: индиец, а говорит без акцента...

- В каком смысле? Какой индиец?

"Какой"! То есть у нее их, видно, несколько, просит номер уточнить...

Я говорю:

- Ну тот, с кем вы в прошлый раз, извините, валялись - Рабиндранат Тагор...

- Рабиндранат Тагор? Он же умер...

И я смотрю кругом - действительно, нет его нигде...

- Вы, - говорит, - меня, наверное, в прошлый раз не так поняли...

Чего уж тут не понять - насмерть замучила... Индийцы, видно, хиляки против наших-то баб...

А она говорит:

- Извините, что вам нужно? Я устала, всю ночь не спала...

- Да? А что так? - спрашиваю.

- Да всю ночь Жоржик мешал! Он на диван лез, а я его все сгоняла, сгоняла...

- А чего это вы его сгоняли, Жоржика этого?

- От него шерсти много...

- Грузин, что ли? - спрашиваю.

- Нет, - говорит, - сибиряк...

Ну, мне то что? Взял соль и пошел.

Целую пачку дала. Чтоб я подольше не приходил. Ну, мне этой пачки все равно только на три дня хватило - тут как раз жена в отпуск уехала, я опять за солью...

Открывает дверь... Я даже поздороваться не успел - у певицы прямо в передней для меня уже целый мешок приготовлен...

- Вот ваша соль, и до свиданья, извините, я очень занята...

И слышу я: где-то в ванной вода льется...

- Стираете? - спрашиваю.

- Нет, - говорит, - это водопроводчик...

- Водопроводчик? А почему он у вас... моется?

Певица покраснела вся:

- Он не моется! Он кран меняет! Что у вас за мысли такие!.. Как вам не стыдно!..

Я говорю:

- А мне-то почему стыдно должно быть? Я у себя водопроводчиков не купаю...

Только дверь за мной закрыла, слышу ее голос: "Вам белье не мешает? Может, снять?" Вот такая певица...

Ну, мне-то что? Взял мешок соли и пошел... Ну, на сколько здоровому мужику мешка соли хватит? Я утром опять к ней... И слышу за дверью мужской голос: "Раздевайтесь, сейчас я вас послушаю..."

Звоню - она мне прямо с порога:

- Мне сейчас некогда, меня профессор слушает...

Я говорю:

- Профессор? Из консерватории? Хотя, конечно, сейчас главное не песня, а фигура. Ну, не буду мешать, идите, раздевайтесь...

Она:

- Да что у вас такие грязные мысли?! Это профессор медицины! Он мне бронхит лечит! Сейчас укол будет делать!..

Я говорю:

- Это, конечно, не мое дело - я за солью пришел - но если вы порядочная женщина, пусть колет через пальто. Или из другой комнаты. Он оттуда руку протянет, вы отсюда - на кушетке подъедете...

А она мне:

- Все сказали?

Я говорю:

- Пока все...

- Тогда, - говорит, - вот ваши три мешка!..

Ну, я с этими тремя мешками еле до утра дотянул. Звоню в дверь, открывает, улыбается:

- Ну что, опять соли? Признайтесь, что для вас это только повод! Ладно, проходите, раздевайтесь, я сейчас...

И пошла куда-то в сторону спальни. Я себе раздеваюсь... Откуда я знал, что она только пальто имела в виду? Разделся так основательно... Чем, думаю, я хуже Рабиндраната Тагора?.. Повесил аккуратно так брюки на стул...

Тут она из спальни выходит... с дробовиком:

- Соли тебе? Получай, чтоб надолго хватило!

Как дала из двух стволов... Я еле выскочил, тут уж не до брюк, сами понимаете! Подбегаю к своей двери...

Ну, кто знал, что жена как раз в эту минуту вернется?

Я ей честно говорю:

- Маш, ты там не подумай чего - я просто к соседке, за солью ходил...

Но эти женщины разве поймут? Сейчас такое время - у них один разврат на уме!..

 

Мужские страдания...

Меня как-то сынок спросил:

- Пап, а почему восьмое марта помечено в календаре красным цветом?

Я говорю:

- Сынок, это цвет нашей мужской крови...

Говорят, что подарки не обязательно, главное - внимание оказать... Мол, можно что-нибудь своими руками сделать: картошку почистить, суп сварить... Но как? Эта поваренная книга... Вспоминать не хочется... Во-первых, пока до нужного места доберешься, пока все картинки рассмотришь - слюной изойдешь!.. А потом - как написано?! "Приготовьте фарш" - приготовил. "Все обвалять" - обвалял... Дальше читаю: "в муке"... Ну, не будешь же уже с пола подымать...

Так что подарком вроде легче отделаться. Но, во-первых, где деньги?.. Ведь так же просто у жены ей на подарок деньги не возьмешь - это ж сюрприз... Значит, опять лгать? Опять говорить, что на венок начальнику? А если его опять, как в прошлый раз, внезапно живого по телевизору покажут?.. Жена в обморок, теща забилась под диван, креститься начала...

Но предположим, деньги есть. Что купить? Этих женщин никогда не поймешь! Вот они готовы душу продать за импортную туалетную воду, хотя своей дома - полный бачок!.. Как говорится, пей не хочу...

И потом, как назло, - все флаконы на иностранных языках! Ну, я в том году по картинке выбрал: там кудрявая красавица была нарисована... Приношу домой, говорю:

- Катя! Это тебе!

Она намазалась, вышла к гостям... В общем, оказалось, что "кудрявая красавица" - Людовик Четырнадцатый, а во флаконе - стимулятор роста усов... Причем действует мгновенно и на шесть месяцев!..

Хорошо еще, что мы между собой, мужиками, советуемся. Я тут как-то только к чулочному отделу иду, парень мне навстречу, весь в слезах:

- Не бери, старик, тут все бракованное! Представляешь, дали мне два чулка, а они вверху - вместе склеенные!..

Я парню:

- Не плачь, пойдем со мной!..

Тащу его к прилавку, швыряю сверток продавщице:

- Вы что же - брак подсовываете?

А она, наглая такая:

- Это не брак, это колготки!

Я говорю:

- Неважно, как называется! Немедленно разделите!..

Да. А кому-то и сам посоветуешь. Как-то один подходит, спрашивает:

- Вы не знаете, как крем для лица покупать?

- Смотря для какого лица, - отвечаю.

Он говорит:

- Ну, лицо-то, - говорит, - я с собой взял...

И фото мне протягивает. Посмотрел я на фото, спрашиваю:

- А вы это лицо вообще... хоть иногда целуете?

- Ну, а как же! - говорит.

- Так вы, - говорю, - по вкусу определите. Как на знакомый вкус наткнетесь, значит, то что нужно...

Купил он несколько баночек, стал облизывать... На шестой остановился, на весь магазин закричал:

- Нашел! Это самое! Знакомый вкус...

Ну, я его через год встретил. Он уже развелся... Оказалось, в той, шестой баночке был любимый крем секретарши директора. Почему ему этот вкус знакомым показался?..

Но это все ладно - а что с размерами делать? Мы же их не знаем, а у жены не спросишь - это ж сюрприз должен быть! Решил как-то ночью, во сне, своей Кате голову обмерить. Чтоб шляпку купить... Обмерил, в темноте, она даже не пикнула...

Купил эту шляпку, приношу домой... И вот что интересно: она в ней тонет, а на ночнике в самый раз!..

Думаю: черт с этой шляпкой - платье куплю! Но, опять же, надо размер знать! Утром, когда Катя на работу ушла, я - в ее шкаф, взял платьице, на себя напялил, чтоб прикинуть...

Не знаю, что она в то утро забыла... В общем, вернулась - я в платье...

Она в слезы:

- Я тебя двадцать лет мужиком считала...

Вызвала "скорую", и меня, как был в этом платье, в психдиспансер... Врач смотрит на меня в этом платье:

- И давно вы решили, что вы Керенский и бежите от большевиков?

Ну, я от обиды, конечно, наговорил лишнего, стал вырываться... Они мне укол, я заснул...

И приснилось мне, что по просьбе трудящихся мужчин восьмое марта больше не празднуется, а просто присоединяется к отпуску...

 

В мирных целях

Слушайте, Семенов, вы куда пришли? У нас тут биржа труда, а не благотворительная лавочка! Да я уже это все слышал: "вы полковник КГБ, вас сокращают, вы без куска хлеба"... Да мы вам уже сколько профессий предложили, но эти ваши профессиональные привычки!.. Ну как, как использовать вас в мирных целях?

Мы вас дворником устраивали? "Ну, устраивали". Очень хорошо. Дворник должен мусор в урны собирать? "Должен..." Почему же вы, наоборот, все оттуда высыпали? Что вы там искали? Что - "вдруг"? Господи, какой "секретный план"?!

А сколько вы делов натворили, когда в курьеры пошли? Пройти из одного здания в другое, отнести пакет - чего проще? Так нет, вам ведь все мерещится, что вы резидент в одной из западных стран! Вы же ни одного раза нормально в дверь не вошли! Что - "ну как это"? Да вот же у меня жалобы: "Разделся догола и поднялся грузовым лифтом для буфета вместе со свиными тушами..." Что-что? "Как догадались"? Конечно, согласен с вами: "свинья как свинья"... Но согласитесь и вы - несколько странно было буфетчику вдруг увидеть свинью, у которой на заднице татуировка: щит и меч...

Вот еще жалоба, это на следующий день: "Подкрался к вахтерше, набросил ей на лицо тряпку с хлороформом, переоделся во все вахтерское и уселся..." Что? "Как обнаружили"? Опять удивляетесь? Вы, наверное, думаете, что кругом идиоты? А что они должны думать, когда видят, что вместо семидесятилетней старушки сидит здоровый мужик в юбке, с усами и вяжет?..

И все это вместо того, чтобы просто взять пакет и отнести его на четвертый этаж!

Кстати, там спрашивали, где он, этот пакет? Что? Зачем? Зачем вы его съели?! Что вам показалось? Какую еще опасность вы там почуяли? Нет, это был не "хвост"! Это была бухгалтерша! Да перестаньте - никаким затвором автомата она не щелкала! Это были счеты! Да, до сих пор! Привыкли, понимаешь, к компьютерам... И не надо нам тут про опасность. Честно скажите: очень есть хотелось, вот и съел пакет с документами...

После этого случая вам вообще перестали эти пакеты доверять, верно? Ну вот, я же знаю. Просили все на словах передавать, так? И что же? Кто вас просил все шифровать? Ах, "по привычке"... Ну, и к чему эта ваша привычка привела? Вам сказали: "Зайдите в двадцатую комнату и передайте, что черные чугунные болванки пришли на склад одни, без документов". А вы? Со своим условным кодом: "На складе голые негры"... И вся женская половина института тут же сыпанула на склад! Давка, травмы...

Да что говорить! Ведь вы даже здесь, на бирже... Ну вот что вы два месяца преследуете мою секретаршу? Ну как же, она мне сказала - вы ей повсюду встречаетесь, якобы случайно. Случайно... Случайно можно, знаете, на улице встретить, в магазине, в театре, но... но не в женской же бане!..

Прихожу, говорит, в Сандуны, и в том месте, где скульптура, где купидоны фонтан держат, стоит вместе с ними, говорит, этот ваш Семенов. Только там, где у купидонов фиговые листочки, у Семенова... видеокамера висит...

Как это - "вовсе не за ней следил"? Кому вы рассказываете? Она наблюдательная девушка, сразу заметила: как только она мимо фонтана - у вас моментально объектив выдвигается...

Скажите, ну ее-то вы в чем заподозрили? Что-что она вам сказала? Что не знает английского? Ну, и что тут подозрительного? Я тоже не знаю... Ах, "на самом деле знает"... С чего это вы взяли? Да? Интересно, чем же это она себя выдала? Та-ак... То есть вы к ней подкрались, неожиданно крикнули у нее над ухом английское слово, и она вздрогнула, будто понимает?..

Да-а... И какое же слово вы крикнули, если не секрет? Ну какое, какое? Цифру "три"? По-английски? И она только вздрогнула? Ну, другой на ее месте просто окочурился бы... Или сделал бы прямо в соответствии с этим словом...

Понимаете, вы все время всех пугаете! Вот мы вас на картошку направили - прекрасный воздух, поля... Через день мне звонят: "Этот ваш тип тут народ пугает, по ночам чертом прикидывается..." А не надо, Семенов! Не надо тренироваться в переходе границы и ходить по полю на кабаньих копытах!

Ну, я не знаю, куда вас еще послать... Вы у матери были? "У какой, у какой" - у своей! Нет? Ну так съездите пока, проведайте, мы пока тут подумаем...

Слушайте! Погодите! В радиомастерскую! А, нет, я вспомнил, там вы уже работали... Да-да, я помню. Помню, как вы на дом выезжали, магнитофон чинили. Да. И по своей чекистской привычке микрофон в ножку стула вставили...

Куда хотите? Грузчиком? В мебельный магазин? Но вы ведь там уже были! Вы думаете, они забыли тот скандал? Слушайте, Семенов, ну так, честно, между нами: кто вас тогда за язык тянул, а? Ну подошел к вам человек, спросил: "У вас продается славянский шкаф?" Кто вас просил отвечать: "Шкаф продан, есть никелированная кровать с тумбочкой"? В результате магазин и шкаф никому не продал, и покупателей потерял! Теперь все говорят: "А, тут какими-то старыми кроватями торгуют"...

Вот есть тут у меня одно местечко... В школу, физруком... Ой, нет, я вспомнил! Вы же там уже преуспели... Да-да, хорошая была эстафета - прыжки в наручниках...

Стойте - кажется, я придумал! Но это - ваш последний шанс. Сейчас, вы знаете, народ в Израиль уезжает, но это - целое дело: ОВИР, анкеты, паспорта, билеты... И потом, самое главное - для этого обязательно надо быть евреем... А вы организуйте конкурирующую фирму по заброске. Ну, через свои окна в границе - бывших коллег подключите... И никакой дискриминации по национальному признаку - да к вам православные толпой повалят!

Представляете: официально - всякие мучения, а у вас - со всеми удобствами! Ночью летит самолет без опознавательных знаков, летчик говорит: "Под нами - Тель-Авив". И вы: "Абрам Соломоныч, пошел!.." И он затяжным... Кто? Да русский, конечно, это у него кличка такая: "Абрам Соломоныч"...

Что, нравится? Ну идите, действуйте. Ну что еще? Господи, ну что вы так далеко заглядываете? Русских - сто миллионов, когда еще они кончатся! А кончатся - я не знаю, на татар перейдете... Не бойтесь, на ваш век хватит!..

 

В Разливе...

Сказать вам, что в настоящее время я живу в сумасшедшем доме, - это значит ничего не сказать... Потому что сегодня любой дом - сумасшедший. Я вам больше скажу: сегодня такая жизнь, что вместо любого адреса, скажем "Тверская, дом 17" спокойненько можно писать - "Тверская, сумасшедший дом семнадцать"...

И все у нас было как у людей - никаких там эксцессов, никто Македонским или Наполеоном не прикидывался, потому что у нас публика в основном образованная, все знают, что Наполеон - это торт... А уж тортом прикинуться - это вообще последнее дело...

Правда, была в женской палате одна дама... Ее как-то ночью из-под санитара Василия вытащили... Она при этом кричала, что она - Анна Каренина, а Василия приняла за паровоз, вот под него и легла... А Василий при этом делал так: "У-у, чух-чух-чух...".

Но до скандала не дошло. Вася объяснил, что применял к пациентке метод щадящей психотерапии. Это когда, если кто кем-нибудь прикинется, ему морду не бьют, а щадят - кивают и всячески подыгрывают...

И все у нас было тихо, пока не пошли в наш сумасшедший дом косяком бывшие партработники. Свихнулись-то они давно, сразу после отмены руководящей роли КПСС. Но, видно, какое-то время еще держались, надеясь, что старое назад вернется. А когда поняли, что шиш им с маслом, - тут они окончательно мозгами и поехали...

В среду к нам в палату Ленина привезли... У нас уже были свой Каменев, свой Дзержинский, а Ленина еще не было...

Мы, дураки, конечно, обрадовались. Но вы нас тоже поймите - ну что нам этот Дзержинский? Он или обои ест, или стоит два часа у умывальника в туалете и всех подслушивает. А если увидит, что его засекли, сразу воду включает, мыло берет и приговаривает: "У чекиста должны быть чистые руки..."

Нет, конечно, с Лениным вроде как веселей стало...

Ну, что сказать про него? Нас из третьей палаты часто спрашивают: какая у Ильича главная черта? И я всегда отвечаю: "Простота. Прост, как правда..."

Когда санитар Василий привел его к нам, он поздоровался со всеми запросто, за руку, а с Урицким даже за ногу, тот в это время на люстре висел, качался...

Подошел ко мне:

- Ленин, Владимир Ильич...

- Очень приятно, - говорю. - Давно это у вас?

- Да месяца три, - отвечает. - Смотрю - лысеть начал, бородка пошла, закартавил... А вы здесь с чем, батенька?

- А что я? - говорю. - Я-то нормальный, я-то случайно тут.

- Понятно-понятно, - Ленин говорит. - Ваша как фамилия?

- Моя - Зиновьев, - отвечаю.

Тут санитар Василий ему газеты принес.

- Товарищ Василий, - Ленин спрашивает, - это что, вся пресса? А где же черносотенные издания?

И Василий в соответствии с щадящей психотерапией стал выкручиваться, говорить, что в следующий раз обязательно, а Ленин его чехвостил за нерадивость...

Но тут в палату заглянул какой-то тип в женском платье.

- Керенский? - встрепенулся Ленин и тут же нахлобучил парик и достал документы на имя немого финского батрака...

- Да нет, - сказал тип в платье, - я просто "голубой"...

Но Владимир Ильич - не дальтоник какой-нибудь, он видел, что платье на мужике не голубое, а вовсе розовое, заподозрил обман и решил на всякий случай скрыться от ищеек Керенского...

Ленин вытащил свою кровать на середину палаты, сделал из простыни шалаш, юркнул в него, а мы всей палатой напрудили вокруг - получился Разлив... И мы с Дзержинским по очереди плавали к Ильичу на ночных суднах...

Вышколенный медперсонал в соответствии со своими щадящими методами сквозь пальцы смотрел на наши штучки, тем более что Ленин до поры до времени тихо сидел себе в шалаше, никого не трогал, и няньки, разнося завтрак, по утрам подходили ко мне или к Дзержинскому, протягивали тарелку, подмигивали и говорили: "Отвезите Ильичу..."

Каждый раз, когда мы подплывали, Ленин выскакивал из шалаша, как кукушка из часов, и спрашивал:

- Ну, не созрела еще революционная ситуация?

И мы отвечали, мол, нет, не созрела... Между нами говоря, чего ей было-то особенно зреть? Жили мы неплохо, тихонько защищали себе интересы рабочего класса. Рабочий класс был у нас в двадцать третьей палате, там выздоравливающие занимались трудотерапией - клеили конверты. Мы эту палату называли "почтой". И было там все нормально, только паренек один, из Луганска, он себя все Ворошиловым называл, все время ел клей...

Ну, Ильич, конечно, расстраивался, когда узнавал, что ситуация еще не созрела, ел вяло...

Вообще-то в еде он был неприхотлив, но вот на воле узаконили частную собственность, и он стал принюхиваться к каждому кусочку колбасы и с подозрением спрашивал:

- Это социалистическим способом сделано? Не в результате эксплуатации человека человеком?

И мы наперебой говорили ему:

- Ну что вы, Владимир Ильич! Как можно - конечно, не в результате... Вы колбаску-то на срез посмотрите - тут и волосы, и опилки... Видно, что ребят не угнетали в процессе работы...

В общем, успокаивали его как могли, и он, повторяю, тихо сидел в шалаше, пока мимо опять тот мужик в женском платье не пробежал...

Что началось! Ленин подхватился, перевязался платком, сделал себе из туалетной бумаги фальшивые документы на имя рабочего Иванова и стал бегать от санитаров...

Санитары позвали Главврача, родоначальника метода щадящей психотерапии. И он давай Ленину подыгрывать:

- Владимир Ильич! Идите сюда! Мы сочувствуем большевикам! Идите, мы вас спрячем!..

Но Ленин принял Главврача за провокатора, в руки не шел и в соответствии с правилами конспирации стал прикидываться:

- Какой еще Владимир Ильич? Я рабочий Иванов...

Тогда санитары стали его потихоньку окружать, отвлекая вопросами:

- Браток, а Ленина ты не видел?

- Какой он из себя? На кого похож?

И наш Владимир Ильич хитро щурился и говорил:

- Ленин? На кого похож? На артиста Щукина...

А санитары уже подводили его к отдельному боксу... Оказавшись в боксе, Ленин засуетился, затосковал, стал спрашивать:

- Что это? Где я?

- Тихо, - шепотом ответил Главврач. - Вы в пломбированном вагоне... Сейчас поедете через Германию...

Ленин затих на полчасика, потом стал стучаться из бокса и спрашивать:

- Почему стоим? Почему стоим?..

- Приехали, - отвечал Главврач.

- Тогда почему не открываете?

- Трудности с разгрузкой...

- Кто Председатель Совета Министров? - кричал из бокса Ильич. - Немедленно расстрелять за саботаж и головотяпство!..

- Слушаюсь, - сказал Главный и выстрелил в воздух из взятого у Дзержинского пугача...

- А-а! - закричал якобы смертельно раненный санитар Василий...

Когда Ильичу полегчало, его вывели погулять во двор, но пьянящий весенний воздух сыграл с ним злую шутку...

Ленин принял стоявшую во дворе "неотложку" за броневик, забрался на нее и выступил с "Апрельскими тезисами". А няньки и санитары по команде Главного изображали народ, и кричали:

- Хватит! Долой господ! Попили нашей кровушки!..

Стащить его не было никаких сил. Пришлось просить пробежаться по двору того психа в женском платье. Ленин тотчас сиганул с "броневика" - очень он Керенского опасался...

Конечно, что говорить, нянчились с ним. А что вы хотите? Как-никак - вождь мирового пролетариата...

...Как раз в это время в гости к нашему Главврачу пришел Главный из другого дурдома - они с нами были дома-побратимы.

Ихний Главный прошелся по палатам, равнодушно посмотрел на шалаш и сказал:

- Господи, Ленин, что ли?

И дальше пошел...

Нашему Главному даже обидно стало:

- А по-моему, коллега, это довольно необычно, - с вызовом сказал наш.

- Господи, да у меня этих Лениных - девать некуда, - сказал ихний. - Но они у меня тихо сидят, у меня ведь там еще и Деникин, и Врангель, Ленины их побаиваются... Так что, если твой Ленин буянить начнет, ты позвони - я тебе парочку Корниловых подкину...

- Да нет, спасибо, у нас и так тихо, тьфу-тьфу, - сплюнул наш.

- А вы своего Ленина где брали? - спросил чужой Главврач.

- В Смольном, - ответил наш, родной.

- В Смольном? Это где был ленинградский обком? Так компартия же, слава богу, опять в подполье. Я слышал, в Смольном теперь снова Институт благородных девиц...

- Вот он там к одной девице и пристал, - улыбнулся наш. - Да, пристал, мол, подружки у тебя нет? А то, мол, мы сейчас с Троцким придем...

- И девица, конечно, вызвала перевозку...

- Ну, естественно! Ой, мы этого Ленина еле поймали: санитары сначала перепутали и смирительную рубашку на памятник у входа надели...

Врачи засмеялись и пошли к выходу.

А Ильич... Не знаю, то ли наш Главный сплюнул не через то плечо, то ли Ленину не понравилось, что Главврачи над ним смеются, - в общем, к вечеру у него началось обострение, и он поставил перед нашим больничным ЦК вопрос о вооруженном восстании...

- Как ваше мнение, товарищ Зиновьев? - меня спрашивает.

Мы с Каменевым, конечно, были против и тут же настучали Главврачу. Он немедленно посадил Владимира Ильича в палату к буйным. А по радио приказал персоналу отставить метод щадящей психотерапии. Выйдя в коридор, попросил санитара Василия немедленно убрать шалаш...

- Хватит! Попили нашей кровушки! - заорал Василий и подмигнул.

- Хватит подмигивать, - устало сказал Главный. - Доподмигивались... Ты что, Вась, не слышал радио? Я отменил щадящую...

- Я не подмигиваю! - продолжал орать Василий. - Это у меня тик начался! Долой эксплуататоров! - И помчался по коридору, распевая "Варшавянку".

"Жалко парня, - подумал Главный, - теперь его самого вязать надо..."

Он увидел идущих по коридору медсестер, позвал:

- Там Василий с ума сошел, надо...

Ему не дали договорить.

- Потом-потом, сейчас некогда, - возбужденно сказала медсестра Клава, - мы буржуев бить идем! Наша задача - захватить телеграф и почту!..

- Почту?! Какую, к черту, почту?! Зачем?!

- Там в конвертах клей очень вкусный, - объяснила Клава...

Главного бросило в дрожь... Он все понял! Сумасшествие - оно, может, и не заразно, а вот идеи мировой революции!..

"Ильич, - вдруг молнией пронеслось в голове. - Господи! Я ж его сам к буйным посадил! Если он их распропагандирует!.. Скорее, может, еще не поздно!.."

Но было уже поздно: за дверью палаты для буйных доносилось пение "Интернационала"...

А потом дверь с грохотом распахнулась, оттуда выплыл в коридор на каталке один из буйных в самодельной бескозырке с надписью "Аврора", развернулся и оглушительно пукнул, вообразив себя баковым орудием легендарного крейсера!

В нашем дурдоме начиналась новая эра...

 

Нештатная ситуация

Я долго не мог понять: как это у нас, несмотря на все наши успехи, еще летают космические корабли?..

Ну, в самом деле: пылесосы на следующий день после окончания гарантии с режима всасывания мусора переходят на режим выплевывания... Как говорится, нештатная ситуация. И когда телевизоры вдруг взрываются - тоже она самая, нештатная, и когда кофемолки не крутят, и когда плиты не греют...

А космические корабли летают себе и летают... И это так странно, так необычно для нас...

И вдруг жуткая мысль пришла в мой воспаленный мозг: "А что, если... сам их полет - тоже нештатная ситуация? Может, не просто так ракеты называют космическими кораблями? Может, хотели сделать какой-нибудь там крейсер, подлодку - корабль, в общем! А он, как это водится у нас, вместо того чтобы поплыть, возьми да и полети!.. Нештатная ситуация! Но Генеральный Конструктор не дрогнул - сказал, что так и было задумано! И осталось от летящего в космос крейсера только одно слово - "корабль...". Теперь уже не морской, а космический..."

И я представил себе этого Генерального Конструктора... подводных лодок:

- Та-ак, ну, где моя подлодка, показывайте, быстренько, сейчас комиссия приедет ее принимать... Вот эта?!..

А... А где же у нее гребные винты? Турбины, крыльчатки - где это все? Кто тут старший на верфи? Ты, Михеич? Ну, и в чем дело? Где гребные... Что значит "еще вчера были"... Ах, "наверное, ребята домой унесли..." Что? "На вентиляторы"... Да, в этом году жаркое лето, действительно, как же без вентиляторов... Ну, спасибо тебе, Михеич, спасибо за верную службу...

О! Я и рубки не вижу... Вон, от нее только дырка в корпусе... Да не объясняй ничего, Михеич, я теперь вспоминаю, видел, когда сюда через деревню ехали, еще удивился: "Что это собачка вместо конуры в рубке на огороде сидит..."

У-у, и перископа нет... Михеич, а когда ехали, пацаны какую-то трубу к женской бане подтаскивали - это он? Не, ну ты скажи, чего уж там...

А главное, ты мне вот что скажи... Почему она, лодка наша, как ракета, носом в небо смотрит? Что "все по чертежу"? Где чертеж? Ну, дорогуша, кто ж его так держит? Его ж горизонтально держать надо было... Тогда это была бы лодка! А теперь это что?.. Да, Михеич, сколько раз я тебе говорил - не пей на работе! Ты ж меня без ножа зарезал...

Нет, повернуть уже не успеем... А что, если... Кто командир подлодки? Вы? Снимайте фуражку, надевайте скафандр и быстро в дырку от рубки... Будем взлетать!

Почему не можете? Да-а, действительно высоковато... Михеич, тащи лестницу! И крышку от кастрюли, будет вместо люка дырку от рубки закрывать. Да! И там, внутри, все что есть, все веревочками привяжи - кружки, карандаши, планшеты - пусть комиссия думает, что мы к невесомости готовимся.

Что? Еще вчера привязано? Откуда ты знал, что мы будем ракету изображать? Не знал? А зачем привязал тогда? "Чтоб не украли..." Понятно...

Ладно, полезай в кабину за капитаном. Подожди! Там - вот я смотрю по чертежу - справа, в углу должна стоять в таком железном ящике новейшая бортовая ЭВМ. Переведи ее с режима плавания в режим взлета...

Что? Что ты покраснел весь? Михеич! Не доводи до греха! Она стоит справа, в углу? А что ж ты дрожишь весь? "Дома у тебя"? "В правом углу..." "Ребенок в нее играет..." А ящик от нее остался? Слава богу! Кто-нибудь, дайте ему счеты! Михеич, полезай в ящик, сиди - считай...

Ну что ты там никак влезть не можешь! Капитан влез, а ты... Большое же отверстие должно быть - метр двадцать сантиметров... Вот, я по чертежу смотрю. Должен влезть. Сам же вырезал... А, ты не в сантиметрах считал. Почему, Михеич? "Сантиметр жене отнес"... Вот в чем дело... И в чем же ты считал? "В михеичах"? Это как же? Руки развел, к чертежу примерился и к люку пошел? Ясно, ну и лезь теперь, как хочешь... Залез? Ну видишь, а ты... Боишься, не вылезешь? А я думаю, Михеич, тебе и не понадобится... Потому что, похоже, - это путешествие в один конец... Все! Прячься! Комиссия идет!..

Гм! Товарищ председатель Комиссии! Корабль к взлету готов!.. Да, мы решили из лодки ракету сделать, да, в последний момент, чтобы обмануть цэрэушников... Они нас на море ждут, а мы сверху, из космоса... Разрешите взлет?

Начинаем отсчет! Пять, четыре, три... Волнуетесь, товарищ Председатель? А чего вы волнуетесь?.. Два, один старт!.. Пошла! Ну, а вы боялись... Вот первая ступень отделилась...

А чего вы боялись-то? Что не отделится? Как у американцев в прошлом году? Ну, что вы! Американцам до нас... Обязательно отделится, и вторая ступень, и третья - все отделятся... Чего им не отделиться-то? У нас же, товарищ Председатель, тут все на соплях...

 

Толкучка

- Жвачка, жвачка, кому жвачка?! Турецкая, вкусная, почти не жеванная...

- Пуховик, кому китайский пуховик?! Женщина, я вас прошу, подержите в руке - видите, легкий какой? А что ему тяжелым быть - он же без пуха...

- Уран, плутоний, синхрофазатрон, меняю свою докторскую на вашу любительскую...

- То-о-чим ножи-ножницы, обрезание делаем, в Из-ра-иль отправляем!..

- Свэжие гранаты! Каму свэжие гранаты вмэсте с гранатометом?..

- Теплую бабу! Кому теплую бабу? Ты... ты чего ко мне руками лезешь! Не себя предлагаю! Теплую бабу на чайник надевать!.. Ты чего свистишь - чайник изображаешь?

- Будка под ларек! Кому будка под ларек?

- Распродается музей восковых фигур! Восковая фигура Брежнева! Кому восковую фигуру... Гражданочка, возьмите! Поставите в квартире, смотрите, какая прелесть... Что? Нет квартиры? В деревне живете? Пожалуйста, можете его на огороде поставить...

- Коммунизм строим, мозги пудрим, светлое будущее обеща-а-ем!..

- Друзья, не слушайте их, это путь в тупик, я предупреждаю. Купите лучше у меня, у нашего фонда хороший товар: социализм с человеческим лицом...

- Ну, гад! Где этот тип, который мне будку под ларек продал? Представляешь, он мне, оказывается, заводскую проходную толкнул вместе со спящим сторожем...

- Слушай, малый, лимонка не нужна? Пятьсот рублей всего. Держи. Подожди, так ты мне четыреста восемьдесят дал. Ладно-ладно, двадцатку занесешь когда-нибудь. Не спеши, когда сможешь. Я тебе верю. Подожди, я только в качестве залога... чеку выдерну...

- Банковская печать? Кому банковская печать?

- Освобождение от армии, справки о беременности...

- Место у Кремлевской стены, кому место у Кремлевской стены?

- Раздаю графства, баронские титулы, в фельдмаршалы произвожу!..

- Ага, вот ты где, тварь! В фельдмаршалы он производит!.. Бей его, ребята! Он меня вчера произвел... Я ему дал деньги за фельдмаршала, прошу документ выписать. Он меня во двор заводит. Там двое. "Сейчас, - говорят, - мы тебе выпишем". Так дали в глаз - до сих пор им не вижу. "Ну вот, - говорят, - теперь ты чистый фельдмаршал Кутузов..."

- Поправки к конституции, голоса избирателей, шестой микрофон, который не отключается!

- Эротические картинки, эротические картинки - "Купание московского мэра в проруби"...

- Явки, шифры, пароли, пистолет Дзержинского!..

- Военные тайны, списки резидентов, Ро-о-дину продаем!..

- Друзья, ну купите социализм с человеческим лицом. Нет, одно лицо нельзя, только вместе с социализмом, так сказать, в одном пакете... Не хотите? Тогда купите пальтишко. Хорошее, с плюшевым воротничком. Меня товарищ просил продать, он сам не может: он в мавзолее лежит... Хорошее, не сомневайтесь. Где дырка? Нет, это не моль, это след от пули Каплан...

- Указы, указы, кому указы? Свежие, понимаешь, только что подписанные!..

- Друзья, а со зрением как у вас? А то заходите на той неделе - будут очки Крупской...

- Жвачка, жвачка, кому жвачка?..

 

Клуб знакомств

Я вас слушаю... Да, это клуб знакомств имени Гоголя.

С кем хотите связать жизнь? Нет, непьющих у нас вообще не бывает. Не знаю почему - база не присылает. А чтобы, как вы хотите, "непьющий и блондин" - это вообще... У нас и пьющие-то блондины - только по предварительной записи...

Что есть? Сейчас посмотрим... Лысого брать будете? "Надо подумать"... Быстрей думайте - кончаются! Да, остались вторые роста. Ну, что делать! Как говорится, чем богаты. Вы к нам в конце месяца загляните...

Ну, а с вами, дама, что будем делать? Выбрали что-нибудь? Что значит "прямо не знаю" - вы уже тут всех перещупали!.. Что говорите? "Все какие-то мелкие"... А этот чем плох? Мужчина, встаньте, пусть она на вас посмотрит!.. А-а, это вы уже стоите... Гм...

"Мелкие"! Возьмите несколько, на вес! Сами не знают, что хотят...

А вы, женщина? С кем хотите связать?.. С инженером? Принесите справку, что можете его содержать...

Господи, а вам кого, дедуля? Невесту? А возраст у вас... "Подходящий" - так вы считаете... Что написано в нашем объявлении? Ну, написано, что лица не моложе двадцати... Нет-нет, я верю, что вам не меньше, не надо мне паспорт в лицо совать... Но, дедуля, двадцать, а не двести двадцать! Это же любовь, а не напряжение в сети... Ну что - "буду крайне обязан"... А что вы можете предложить? Билеты? Бесплатно? Куда-куда? "В музей Бородинской панорамы..." А вы кто - директор? "У-част-ник сра-же-ния"?! Знаешь что, дед... Вон картотека - сам невесту ищи!..

Гражданочка, ну я же вам сказала: блондинов нет... Что, что вы там видели? Куда я блондина спрятала? Под какой прилавок? Да это не жених - подсобный рабочий! Напился, вот и лежит... Нет, его взять нельзя - кто мне товар носить будет?

Так, граждане, кто кого выбрал - будем знакомить! А стесняться не надо: знакомим деликатно, как будто чисто случайно...

Вы, милочка, познакомитесь на улице. Идите-идите, гуляйте вокруг - к вам подойдет семнадцатая квитанция...

Женщина, вы кого выбрали? Вот этого? Гражданин, идите сюда. Да не волнуйтесь, женщина, конечно, как будто случайно... Гражданин, хотела вас спросить: какая погода сегодня? "Минус два"? Кстати, вы не знакомы? Ну так познакомьтесь, познакомьтесь с мой лучшей подругой, ее зовут... ее зовут квитанция восемьдесят два...

Кто хотел познакомиться, как Ромео и Джульетта? Повторяю, кто хотел, как Ромео и Джульетта?.. Вы, гражданочка? Господи, ну идите, балкон освободился...

Гражданин, за романтику доплачивали? Будете свою избранницу от хулиганов спасать. Да. И между делом познакомитесь. Согласны? Тогда еще пятьдесят в кассу... "За что"? Нет, вы подумайте, он еще спрашивает! Вы невесту видели? Ну, а что тогда... Знаете ведь, что страшней войны. Полтинник хулиганам, чтоб они к ней пристать согласились...

А вам, голубушка, придется подождать: негде пока знакомить. Нет, на улице нельзя - там уже гуляет гражданин с семнадцатой квитанцией. Как - ну и что? А если ошибется и к вам подойдет? "Буду только рада..." Как женщина, я вас понимаю, но нам-то зачем неприятности, накладки такие? У него уже есть одна невеста, нам скандалы не нужны...

Нет, не ерунда! У нас уже был случай... Вот такая же гражданочка должна была случайно в зоопарке встретиться, у клетки с павианом... Она еще, помню, спрашивает: "А какие у жениха приметы, как я его узнаю?.. "Ну, какие у него приметы? Квитанция в руке - вот и все приметы...

Пошла. Потом звонит нам: "Спасибо большое, я нашла свое счастье, я в него сразу влюбилась, но почему вы сразу не сказали, что он осужденный? Это, конечно, ничего не изменит, я буду его ждать, говорят скоро амнистия..." Ну кто знал, что павиан у жениха квитанцию отнимет?..

Дедуля, ну, может, хватит в картотеке рыться? Ну что вы фотографии слюните? Выбрали? Что? С какой витрины вам дать? Какую старушку с длинными волосами? Господи, да это портрет Гоголя!..

Вот работка, а? Соседка в магазине работает, так там или что домой вынесешь, или на месте что-то съешь бесплатно, а тут... Что тут вынесешь?

Может, вот этого, кучерявого прихватить? А если мой благоверный меня с ним увидит?.. А, двум смертям не бывать! Увидит - скажу, мол, работу на дом взяла!..

 

Мнемотехника

Галь, ты куда, рабочий день еще не кончился... Ты что, за каким справочником, в какую библиотеку? Ой, я забыла тебе сказать - какие ж мы, женщины, рассеянные! Ты ж в отпуске была, да? Ну вот, ничего не знаешь: шеф нас больше не пускает никуда. После того случая с Марией Васильевной...

Ну, она тут тоже в библиотеку отпросилась, потому что у мужа день рождения, а холодильник пустой... Через час возвращается, несет свиную голову для холодца. А шеф навстречу: "Это вы из библиотеки, да? А эта морда откуда? Что, библиотекаря убили?.." И как пошел орать: "Проект стоит! Машина не сделана! А вы по библиотекам!.." Все - больше одного раза в месяц в библиотеку не пускает...

Мол, один раз можете сходить, полистать справочник и все запомнить... Нет, Галь, если честно, запомнить можно, сейчас же специальный способ запоминания есть - мнемотехника. Не слышала? А, ну да, ты же в отпуске была...

Мнемотехника - это... Как бы тебе попроще... Запоминание по ассоциациям. Ну, примерно, как наши мужики в своих записных книжках баб шифруют. Твой же не пишет прямо там женское имя? Ну вот, ты вспомни, как там у него. Как-как? "Двести пятнадцать, двадцать пять, сорок, Татьян Петрович?" Ну, твой-то, видно, совсем дурак, прости господи... Галь, как ты с ним живешь?

А что мне на своего смотреть? Мой знаешь какой изворотливый? Вот, ты послушай только - я его записную книжку взяла переписать. Вон у него тут - "гвозди, обои, рыба, мясо..." И против каждого - телефончик. И книжку - открыто на столе держит. Это чтоб, если я в нее гляну, прямо расплакалась, какой он у меня деловой и хозяйственный. Ага, мол, все в дом - и рыбу, и мясо...

На самом деле, Галь, он в дом ничего, кроме заразы от своих девок, не таскает... Это ж все мнемотехника! Чтоб запомнить лучше, по ассоциациям!..

"Гвозди" - это у него Танька, худышка одна, вот такая, как гвоздь...

"Рыба" - это Наташка, еще худее, вообще костлявая, как хек, чтоб он ею подавился...

"Обои" - две сестрички, он с обоими встречается, дурак неграмотный, вот такие обои...

А это что тут у него записано? "СМУ-18"... Ой, ну, хитрец! Это Зинка! Она с мужем живет - вот тебе и СМУ! Он в восемнадцать, значит, домой приходит...

Ну, Галь, поняла теперь, что такое мнемотехника? В общем, пришли мы в последний раз в библиотеку, справочник открыли и по этой мнемотехнике за десять минут все запомнили! Вот тебе и "не может быть"! Спроси меня что хочешь, любые цифры! Что? "Какое напряжение в сети"? Пожалуйста: двести двадцать на сто двадцать семь... Что - "ах"? Что - "ох"? Вот так и запомнила, по ассоциациям. Помнишь, нам премию давали? Двести двадцать рублей? На сто двадцать семь человек?.. Ну, как же тут не запомнить...

Еще вопросы есть? Нет? Давай работать... Ты хоть помнишь, как машина называется, которую мы изобретаем? А я помню, потому что мнемотехника. У нее название такое... Вроде как мужик лысый и голубой. Правильно - "лысапед". Галь, ты на лету схватываешь!..

Так, пиши: "Пояснительная записка. Рама лысапеда выполняется из железа с удельным весом ноль семьдесят пять..."

Галь, ты че рот открыла? А что тут запоминать - ноль семьдесят пять - это ж как колготки в условных единицах...

Пиши: "...из железа с удельным весом... колготки на кубический сантиметр... Рама лысапеда выдерживает давление в одну... Марью Васильевну на квадратный сантиметр". Что, Галь? Да, полтонны, значит... Видишь, ты уже втягиваешься...

Дальше пиши: "Размеры рамы - в высоту десяток яиц и в длину венгерская курица..." Но только не в рублях, Галь, а в сантиметрах. Теперь правильно.

"Передвигается лысапед на"... Забыла, круглые такие... где-то я себе записала... Вот: "На таких штучках, похожих на Галкины ноги"... А-а, на колесах! Пиши... Чего остановилась? Ну, ты за "колеса" не обижайся, это ж работа, ничего личного, пиши-пиши: "Галкины ноги будут приводиться в движение при помощи цепного Якубовича"...

Ну чего ты? "Якубович" - это чтобы запомнить слово "передача". Только у него телевизионная, а у нас - цепная, вот и получается - "цепной Якубович"...

Давай последнее пиши: "Поворот лысапеда осуществляется при помощи такой штуки, размер и форма которой в точности, как у нашего Шефа"...

Что - "знаю-знаю"? Галь, что ты рисуешь? Я имела в виду руль, который Шеф придумал. А... извиняюсь, если у тебя с Шефом что-то личное, совсем не обязательно это личное рисовать впереди лысапеда!..

Так ты, Галь, ни черта в мнемотехнике и не поняла! За что тебя только Шеф держит...

 

Овен

ОПЫТ СОСТАВЛЕНИЯ ГОРОСКОПА

Надо сказать, что Овен - знак особый: его символ - Баран, и, по сути, все мы, живущие в этой стране, независимо от знака Зодиака, так или иначе являемся Овнами...

И мы предлагаем такой герб государства: Овен, смотрящий на новые ворота. А ниже - надпись по кругу: "Это что - новые ворота, что ли?"

Да, Овны соображают не очень быстро... Но зато, если уж до чего додумаются!..

Так один Овен, очень большой начальник, семь лет никак не мог раскачаться и начать перестройку, поскольку не знал, на какой букве в слове "начать" надо делать ударение... Зато когда наконец раскачался, набрал такую инерцию, что даже после того, как его сняли, продолжает ездить по миру, встречаться с главами государств, дает советы...

Еще говорят, что Овны упрямы. Это правда... И если на мосточке утром рано встретятся два, извините, Овна, вряд ли они сумеют поделить дорогу, а уж тем более Черноморский флот...

Увы, Овны любят сбиваться в стадо и готовы идти даже на бойню, лишь бы с Козерогом впереди. Что уж тут хорошего, кто спорит...

Увы, правящая Овнами планета - Марс. Вот почему они так агрессивны и воинственны...

Но нельзя во всем видеть только плохое! Ведь и агрессивность, и стадность, и даже несколько замедленная работа обеих полушарий головного мозга - все это делает Овнов прирожденными депутатами всех уровней!..

Вообще этот знак все время приходится защищать от каких-то нелепых, но, к сожалению, устоявшихся мифов.

Вот говорят: "Счастливое число Овна - "девять" и все числа, делящиеся на "девять". Уверяю вас, если Овну вместо девяти рублей предложить два доллара, он с ними будет гораздо счастливее! И делить их не станет! Ни на девять, ни на десять... Он, конечно, Овен, но не до такой степени, чтоб с кем-нибудь делить доллары...

Еще говорят: "Любимые астрологические камни Овна - алмаз, аквамарин, аметист..." Ну вот зачем наговаривать? Уверяю вас, что в нынешней экономической ситуации, если у Овнов и остались какие-то камни, то только в почках и мочевом пузыре...

А вообще у Овнов масса положительных качеств. Они доверчивы и очаровательно простодушны. Если, к примеру, им в очередной раз скажут, что к концу года наступит "стабилизация, а затем улучшение" - они в очередной раз поверят, причем даже не станут уточнять - к концу какого года?..

Овны очень привязаны к родителям. Они долго сосут мать. Как правило, лет до тридцати, пока у нее не кончатся деньги...

Овны дружелюбны, они дружат практически со всеми знаками Зодиака. Им не нравятся только Весы, да и то, только тем Овнам, кто работает продавцами...

Но в этом году Овнам надо быть осторожными. Не следует купаться в реке: Рак может схватить их за голый Телец...

Овнам не следует покупать водку в коммерческих ларьках: возможен Водолей...

И конечно, надо опасаться Стрельцов - можно остаться без сигарет...

А вот встречи с дорогой Рыбой в этом году Овнам бояться не надо: вы ее все равно не укупите...

В любви Овны просто неистовы: заводы резиновых изделий не успевают на них работать...

Особенно сексуальны Овны лысые, в очках и с большими ушами. В сексе они жутко неприхотливы - им годится все, что шевелится: Дева так Дева, но подойдет и Козерог или на худой конец даже Скорпион... Но, поскольку астрологический цвет Овна - "красный", в качестве партнеров они предпочитают коммунистов. А так - люди как люди...

Правда, Овны, родившиеся по японскому календарю в год Свиньи, только обещают жениться.

А Овны лысые, родившиеся первого апреля, страшные шутники, обожают розыгрыши в постели. Например, в самый ответственный момент, увидев, что партнерша от удовольствия закатила глаза, первоапрельские Овны могут воспользоваться этим, шлепнуть себе на лоб пятно гуталина и сказать: "Ну, вы чувствуете, процесс идет..."

Для Овна-женщины в любви наиболее перспективен союз со Львом, особенно если это не просто Лев, а, скажем, Лев Абрамыч, и он собирается отъезжать...

В заключение хочется сказать, что Овны - любимцы астрологов: на их большие сексуальные уши очень удобно вешать астрологическую лапшу...

 

Куда мы летим?

Предлагается сценарий первого российского фильма ужасов под названием "Куда мы летим?".

Сюжет его прост: ночным рейсом летит красавец "Ил". Под мерный гул моторов засыпают пассажиры. И каждому из них снится свой личный кошмарный сон...

Слесарю-сантехнику снится, что бортмеханик на высоте восемь тысяч метров отколупывает от обшивки прокладки герметизации и бормочет: "Финские... дома на кран поставлю..."

Господину Ашумову, владельцу бензозаправки, снится, что механики на земле разбавили горючее водой...

Колхознику снится, будто пилот вдруг хлопает себя по лбу: "Елки точеные! Сегодня ж праздник - Покров день! Гуляем!" - бросает штурвал, достает гармошку и бутылку самогона...

Начальнику телефонного узла снится, что самолет потерял связь с землей - отключили за неуплату...

Инженеру Лидии Ивановне снится, что бортинженер молча встал, надел парашют, написал в бортовом журнале: "Ушел в министерство...", а сам полетел за австрийскими сапогами...

Таксисту снится, что пилот сказал: "Москва не принимает..." - включил счетчик и пошел делать круги...

Гаишнику снится, что к нему подходит стюардесса: "Почему не пристегнулись ремнями?" - и берет штраф в размере десяти зарплат...

Руководителю департамента жилья снится, что люди вокруг сидят не в самолете, а в предбаннике его кабинета... Он идет мимо них и каждый дает ему взятку, и денег так много, что начинается перегруз, самолет летит из последних сил, летчик умоляет выбросить деньги в сортир, и он выбрасывает, но рука не поднимается спустить воду, и самолет входит в штопор...

А строителю-прорабу снится, что в салон с криком: "Где прораб?" врываются агенты ЦРУ. И разворачивают самолет, и сажают в Вашингтоне. И предлагают большие деньги, чтобы он выдал свой секрет. У нас, говорят, на бомбардировщиках от перегрузок иллюминаторы сами открываются, а вы, господин прораб, так умеете в домах окна поставить, что жильцы их не в силах открыть...

Но прораб молчит, не открывает секрета, и его шантажируют - обещают не отпустить никогда назад, в Россию. И соблазняют его сладкой жизнью, и перед ним танцуют голые герлз, а он, чтобы не смотреть в их сторону, читает "Строительную газету"...

И вскрикивают пассажиры во сне, и размахивают руками, отбиваясь от кошмарных видений...

А самолет летит. Летит, как ни в чем не бывало, и ничего с ним не происходит, хотя ведут его такие же, в общем-то, люди, как те, что спят сейчас в салоне...

Такие же - только до конца выполняющие свой рабочий долг. Попробуй, не выполни, если любая ошибка на борту летящего самолета грозит тебе смертью.

И я тоже летел на борту этого самолета, и мне снился свой кошмарный сон: в нем все работали! Работали под страхом смерти!..

Работали без перекуров: попробуй, покури, когда у каждого за спиной балончик с гремучим газом...

С завода никто ничего не выносил: кто-то пустил слух, что все заминировано. А для тех, кто не поверил слухам, посадили вахтера. Неспящего - его, чтоб не спал, посадили не в будку, а за штурвал истребителя...

И всех колхозников тоже пересадили на летающие трактора и комбайны: там не очень-то посидишь, ожидая, когда в помощь пригонят студентов...

Летающие кафе и рестораны! Сразу снимаются все претензии: "почему так долго, где эти чертовы официанты..." Какие претензии? Закон аэрофлота: кормят только после трех часов полета... И у официанток улыбки, как у стюардесс, потому что никто не нервничает, что клиент убежит не расплатившись. Куда? Все же к креслам пристегнуты, а ключ у пилота...

Летающие дома и летающие сантехники. И всем сантехникам - парашюты. И пусть их складывают жильцы. Хорошо сделал кран - хорошо сложили... Содрал лишнее - а зачем нам такой сантехник? Так ему сложим парашют - пусть летит затяжным...

Все научные институты в воздух! Летающие лаборатории! Надо брать пример с космонавтов: никто из них с обеда не отпрашивается. Если кто и выйдет с работы в открытый космос - ненадолго и всегда на веревке...

Вся страна в моем сне летала, входила в штопор, пикировала и снова летала. И все работали, работали, работали!

Потому что... кто это сказал, что работать надо не за страх, а за совесть? Может быть, но только не у нас. У нас все наоборот: если кто и будет работать, то только за страх...

 

Передний край

Иногда говорят, будто в мирной жизни негде себя проявить... Это неправда. Есть десятки мест, где можно почувствовать себя, как в бою, на переднем крае.

Ранним утром тишину южного городка прорезал взволнованный голос диктора местной радиостанции:

"Братья и сестры! Пятнадцатого августа без объявления войны группа сибиряков-отпускников выдвинулась по направлению к пляжу и завязала бои за лежаки...

Смяв жидкую цепь отдыхающих москвичей, они вышли к Днепру и с ходу форсировали его! При этом использовались все подсобные средства и проявлялись чудеса находчивости и смекалки! Воспользовавшись моментом, когда один из ничего не подозревавших москвичей, выполнявший как всегда с утра комплекс утренней гимнастики, встал на мостик, один из сибиряков даже попытался перейти Днепр по нему...

Переправившись на противоположный берег, они закрепились на платном пляже местного санатория. При этом сибиряк Алексей Курыгин в одиночку на рассвете захватил шесть лежаков противника и, переползая с одного на другой, удерживал их до подхода всей семьи...

В тяжелых боях за гостиницу "Прибрежная" другой сибиряк, Александр Кокосов, подполз к амбразуре администраторши, непрерывно поливавшей все живое, и забросал ее деньгами...

Руководство города просит граждан соблюдать спокойствие - обстановка контролируется!.."

После таких слов обычно и начинается паника... Жители городка выскакивали из квартир, высовывались с балконов, прислушивались:

- Слышишь? "Бух-бух"...

- Да, Катюша бьет... Степана своего!..

- Батарея! Батарея! Почему не слышу батареи?

- Что? Что - "батарея"? Горячую воду отключили?

- Ложись! Воздух! Воздух!..

- Ну что - "воздух"? Воздух, правда, паршивый - соседи опять самогон варят...

Где-то прогрохотал, проухал, прочухчухал тяжело груженный состав...

- Идет!..

- По местам!.. Семенов! Берешь гранаты, бутылки - ползешь к поезду! Бутылку проводнику, бутылку бригадиру, гранаты на закуску... Нехай задавятся, лишь бы уехать отсюда.

...Говорят, что треть своей жизни человек тратит на сон. Даже если это наш человек... Но обидно, что этот наш человек остальные две трети тратит на такую вот борьбу - за нормальную работу, нормальный быт, нормальный отдых...

 

Ночной кошмар

Хр-р-р! Хр-р-р! А? Что? Фу! Это ж надо, чтоб такое приснилось... Сколько там времени? Двенадцать ночи... Теперь не засну...

Как тут заснешь - еще четверо в комнате?.. Причем каждый, как десантник, - один десятерых стоит! И вся жизнь у них ночью начинается! Этот Пугачеву по ночам крутит, этот, как хищник, ночью еду добывает - на холодильник охотится... Потом в полной темноте жарит, парит... Он, видишь ли, "сова" - ему ночью есть хочется... Ну лопай, пожалуйста! Но, если ты "сова", ты же ночью, как днем, должен видеть, верно? Так что ж ты в темноте раскаленную сковородку вместо стола на живот мне ставишь?.. Сегодня на пляже мальчик на меня показывает и кричит: "Пацаны! Глядите - мишень из тира сбежала!.."

Да, ну и отдых!.. А что делать? В одиночку разве тут в сезон укупишь комнату? Но вшестером - это чересчур...

Один этот книголюб чего стоит! Ему читать - дня мало... Да, как он меня вчера... Просыпаюсь - какое-то предчувствие... Глаза открываю - он рядом в темноте стоит... Это сдвинуться можно! "В чем дело?" - спрашиваю. "Как удачно, - говорит, - что вы тоже не спите. Не знаете, настольная лампа, она не работает?" - "Работает, - говорю, как можно спокойнее, - только вилку надо в розетку включать, а вы ее мне в ноздри всунули!.."

Нет, так я еще не отдыхал!.. А четвертый, старичок этот?.. Ну, хозяйка! Вот жлобяра! Надо же было додуматься - дедульку ко мне валетом положить: все время мне ногами в рот попадает!..

Еще это комарье проклятое! Дз-з! Дз-з! Так и пикируют...

Так и провертишься всю ночь: тут дедуля-каратист, Чак Норрис недоделанный, там Пугачева кричит, будто ее режут, слева - обжора, справа - книголюб...

Ну все! Закрыть глаза... Господи, неужели засыпаю? Хр-р-р! Ммм... Пытайте, пытайте, палачи! Хр-р-р! Я вам ничего не скажу, гестапо проклятое! Хр-р-р! Ну, жги... жги меня, гад, своей сковородкой!.. Ироды! Какую певицу замучили!.. Хр-р-р! Она с ума сошла... поет по ночам... Паразиты! Я плюю вам в лицо - тьфу!..

А? Что?.. Я? Оплевал? Ой, простите, дедуля, померещилось...

Все! Спать! Спать! Хр-р-р!.. Ну что разлеглась тут, всю койку заняла... Ну, перестань... Ну что ты мне ногами в рот... Ну что - "улетай, туча, улетай"... Сама с койки улетай... Хр-р-р! Сама туча... Ой, а ноги холодные!.. Алк, ты чего - замерзла, что ли? Ну, иди под бочок, я тебя согрею... Хр-р-р!.. Алка, ты что - не брилась сегодня? Ой, борода какая... Хр-р-р!..

Хр-р-р! Это ты тут сковородкой гремишь? Ой, какая ты хозяйственная, я думал, ты только поешь... Хр-р-р! Алк, а чего ты одна чавкаешь? А мне кусочек? Ну, положи мне в ротик, вот я раскрыл... Хр-р-р! У-у, цыплячья ножка... Импортная, что ли?.. Пять пальцев на лапке... Хр-р-р! И в носках... А жесткая - не укусишь!..

А? Что? Кто? Ой, простите, дедуля! А вы не суйте ноги - вам не будут кусать!..

Все-все, спать, спать! Хр-р-р! Дз-з! Дз-з! Я седьмой... пикирую... Хр-р-р! Второй пилот, кажется, убит... Хр-р-р! Точно, убит, у него уже... ноги холодные... Хр-р-р! Разрешите покинуть самолет... Прыгаю! Дергаю кольцо, парашют не раскрылся... Хр-р-р! Пробую открыть запасной, дергаю! Еще дергаю! Еще! Земля рядом! Чувствую сильный удар!..

А, что? Ты чего дерешься, дед, отдай парашют... Фу?.. Да на, забери свои трусы - ни один сон досмотреть не дают!..

 

Письмо генералу

Совершенно секретно! Товарищ генерал государственной безопасности! Мой муж, Куликов Федор, явился домой после недельного отсутствия и с какой-то женщиной...

На мой вопрос: "Где ты был, ирод проклятый?" - он сказал: "Газеты читать надо! Я был в космосе!"

Я взяла газету, но там было написано про одного только космонавта Кукушкина. Я спросила мужа: "Где ж тут твоя фамилия?" Он сказал: "Не пришло еще время ее назвать: не все еще спокойно в мире, Маша..." Сказал, что надо уметь читать между строк. Между строк было написано, что в космосе так же побывали некоторые микроорганизмы... Муж сказал, что это он и есть...

Я не поверила и сказала: "Бугай здоровый! У тебя только зарплата, как у микроорганизма!.." И еще поинтересовалась: "А это что за красавица с тобой?" Он сказал: "Это не красавица, это и есть космонавт Кукушкин, вот что с ним проклятая перегрузка сделала. Он теперь не знает, как домой, к жене идти... Можно он у нас заночует?"

Ну, тут я швабру взяла, говорю: "Последний раз спрашиваю - где ты был?" Он сначала: "Пытай, пытай, Мюллер...", а потом признался, что он не космонавт, что он теперь на секретной работе у вас, товарищ генерал государственной безопасности, что он, мол, "боец невидимого фронта"...

Оказалось, что женщина, которую он привел, - это не женщина, а радистка Кэт... Муж сказал, чтобы им постелили рядом, так как она знает шифр и с нее нельзя спускать глаз...

Мне другое непонятно, товарищ генерал. Мой муж, Куликов Федор, вскоре опять исчез на неделю, потом откуда-то позвонил, сказал, что заброшен со спецзаданием в одну из западных стран, и просил выслать тридцать долларов, так как у него кончились патроны... Причем деньги выслать на наш почтампт, до востребования, мол, чекисты ему передадут...

Конечно, тридцать долларов само по себе немного, и я бы вам не писала, если бы это было в первый раз. Но я уже посылала ему: десять долларов на марки, чтобы он писал донесения в Центр, пятерку, чтоб сделал ключи от сейфов ЦРУ, и три доллара на подкуп ихнего Президента!..

А вчера вечером мой муж, Куликов Федор, подсел к радиотрансляционной точке и сказал, что сейчас специально для него передадут важное сообщение... Радио сказало: "Московское время двадцать часов..." Муж сказал: "Слушаюсь!.." - и исчез до утра...

Товарищ генерал, да фиг с ним, с мужем, но если вы для связи с ним используете нашу радиоточку, давайте за нее пополам платить!

Остаюсь искренне ваша.

Мария Куликова,

жена бойца невидимого фронта

 

У голубого экрана

Вот времечко пришло - выпить не с кем!.. На работе сейчас не пьют, все вкалывают, потому что рынок пришел... И домой к себе никого не заманишь: преступность, возвращаться боятся... А как может наш человек пить в одиночку, если его всю жизнь учили жить и пить в коллективе? Что же мне теперь - с телевизором пить, что ли?..

Кстати, мысль хорошая! Сейчас включим, ну-ка, кто у нас там... Все-таки вот это новшество - пульт этот - не очень удобно. Раньше дотянулся, переключил - и две руки свободны. А сейчас что? В одной руке пульт, в другой стакан, а как же закуску взять? А потом еще спрашивают, почему не закусываю... Ну, кто это там у нас... на голубом экране?..

О, Хрюша, Степаша, тетя Света Моргунова - полный букет!.. Ну, чего, Свет, так с этими двумя пацанами одна и маешься? Слушай, а тебя вот этот Моргунов бросил? Ну, здоровый такой, пес Барбос... Чего молчишь, Свет. Это ж любой догадается: Хрюша с этим Моргуновым - одно лицо... Ой, ушла, застеснялась! Ну, спокойной ночи, Света, мы еще какого-нибудь найдем...

Ко мне, между прочим, по другому каналу в девятнадцать тридцать Юрка Сенкевич забежит. Вот так, до свиданья, переключаю...

О! Юрка! Сенкевич! Наконец-то! Юрк, давай по чуть-чуть? Ну ты наглый! Только я тебе предложил - ты сразу еще двух дружков тащишь. Да я их знать не знаю. "Разрешите представить"... Ну, ладно, представляй. Юр, а мне хрен, что они японские астрономы. Но ради тебя - готов им налить. Ну, ты будешь? Чего - "давайте отправимся в Африку"? Давай здесь! Ну куда ты... куда ты в джунгли забрался?.. Ну вот, ушел...

Да ладно, столько программ, что - не найду с кем, что ли? Где-то тут Рамона должна быть. Надо с ней клюкнуть, а то она все плачет и плачет... О, вот они! "Богатые тоже... скачут"... Ой, Луиса Альберто на лошади прямо узнать нельзя - в папахе, в бурке, с усами... Ой, это ж Чапаев! А я думаю, куда это богатые скачут...

Ты смотри! Вот что значит гласность пришла - первый раз вижу "Чапаева", где ничего не вырезано! Ой, а я-то Анку-пулеметчицу человеком считал, думал, она в белых палила, а она, оказывается, в черных... Ну откуда мне раньше... Сейчас же в первый раз показали: она стреляет и сразу негр в кружочке, как на могильном камне... И рис несут, как на поминках...

А может, не она все-таки... Конечно, нет! Совсем другая баба его кокнула! Вот эта! "Анкл бенц", говорит! Мол, бенц сделала Анклу, негру этому! Ну, стерва!.. Еще хвалится! "Неизменно превосходный результат"! Конечно, превосходный - кровищи-то сколько - весь экран красный... Мать честная, она его убила и съела, вон сидит - все губы красные! Ага, знаем мы ваш кетчуп...

Ну что, Чапай, помянем негра? Да погоди ты - успеешь в Урале выкупаться... Сейчас я только закуску найду - тут где-то на каком-то канале мужик в белом халате был, у него всегда закуска... О! Вот!.. Нет, это другой, этот всегда только на закуску блендамед предлагает...

Во! Нашел! Вот этот в халате. Видишь - рекомедует раму, чудесный вкус... Ну, логично: если водка из пенька, значит и закуска из рамы, чтобы все однородное было... Слушай, как неудобно зубами до подоконника тянуться... Тьфу! Ну, я бы не сказал, что волшебный вкус...

Чапай! Ты тут еще? Ну, ты подумай! На секунду переключить нельзя - уже поплыл...

Ой... Ой... А с кем же я пить буду?..

 

Свидетель

Ну, чего, Наташ, еще погуляем? "Темно"? Да брось ты! Со мной-то чего бояться? Я ж вообще не знаю, что такое страх. Вот иногда, для интереса просто, хочу испугаться - и не могу...

Ты вот этого испугалась, что ли? Сейчас я его... Слушай, ты... Что? "Ты на нас плевать хотел"? А ну плюнь! Смотри - видала, Наташ, как меня боится? В тебя плюнул, в меня не посмел...

Ты, Наташ, не вытирай! Это ж вещественное доказательство! Так в милицию и иди! Ну вот зачем ты вытерла? Как теперь докажешь? Какой свидетель у тебя есть? Кто - я?! Не-не-не, я не могу...

Свидетель... Ты что? Это протоколы, повестки... И потом - а что я, собственно, видел? Ну да, он плюнул. Ну попал в тебя... А может... он случайно? Он плюнул, а ты случайно попала... на его траекторию...

Ой, ну зачем ты милицию зовешь, зачем?.. Гм, здравствуйте, товарищ милиционер, здравствуйте... И до свиданья. Ну, вы тут разбирайтесь, а мне пора... Что? Фамилия? Не знаю я, не знаю, как его фамилия...

Вы что же думаете, он прежде, чем плюнуть, фамилию свою называет? Вроде как знакомится, да? "Разрешите представиться, Семенов - тьфу"... Так, да?

Кто? Я нервничаю? Ничего я не нервничаю... Моя фамилия? А моя зачем? Я вообще... как говорится, ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу...

Это ваша работа, у вас там криминалистика, баллистическая экспертиза... Вот поставьте манекен, и пусть он в него плюет. А я, к сожалению...

Да у меня сильное потрясение, провал в памяти. Не помню ничего. А! Кто эта девушка рядом со мной? Наташа? Какая Наташа? Вы посмотрите - полный провал! В шесть лет себя помню - дальше нет...

Стойте-стойте! Помню! Помню, вот мы с папочкой идем в зоопарк, кормим бегемотика... так-так-так... Кормим, кормим... Все - дальше провал...

Где я? Кто вы? Папка, папка, я не знал, что ты милиционер!.. Гм... Извините... Видите - все, что могу... Сейчас попробую еще раз напрячься... Так... Зоопарк, папка, бегемотик... Вот мы кормим... Все! Вспомнил! Я вспомнил - мы еще обезьянку кормили...

Да? Вы думаете? Попробовать с разгону вспомнить? Ага, с разгону, то есть пораньше начать вспоминать и потом на скорости в наши дни! Сейчас попробуем...

Значит, до зоопарка? Пораньше?.. Та-ак, вот они познакомились, это я помню... "Кто-кто" - папа с мамой мои... Я ж с разгона, с самого начала вспоминаю...

Вот я родился, пошел-пошел-пошел... Ага, вспоминается! Вот я в прошлый четверг... вот вчера... вот сегодня мы с Наташкой идем, я еще ей говорю, какой я смелый... Вот тот тип стоит - полный рот слюней... Что - "ну"? Баранки гну... Провал - ничего не вижу...

Ничего не вижу... Я слепой! Слепой я, товарищ, товарищ... не вижу, в каком вы звании, дайте погон пощупать - товарищ полковник!.. Ну, старший лейтенант, не имеет значения...

Что говорите? Громче, пожалуйста, я ведь еще и слышу плохо, да, глухонемой я... А? Сам удивляюсь, как я разговариваю. Это видно от шока. Я за-го-во-рил! Это, знаете, как в телевизоре: картинка пропала - звук появился... Где вы, товарищ милиционер? Не могу вас нащупать! А, вот вы... О, с повышением вас, товарищ маршал! Это не погон? А, я за пряжку схватился... А я смотрю - звезда здоровая какая...

Что - "тьфу"? Так... Кто в меня плюнул? Ты, Наташка? Товарищ милиционер, будете свидетелем! Не будете? Ну, а что вы тогда мне удивляетесь?..

 

Внешний рынок

Мы сейчас голову ломаем: "Где взять валюту? Чем нам торговать с Западом?" Смешно даже... Богатство-то у нас прямо под ногами, а мы не видим! Я больше скажу: наши года - наше богатство. Особенно года, проведенные под Советской властью. Это ж такая, как говорится, ментальность, которой больше ни у кого нет! Вот этой ментальностью и надо торговать!..

К примеру, вот говорят, что на Западе перепроизводство, что там фермерам аж доплачивают, чтобы они много не выращивали, чтоб специально выводили низкоурожайные сорта и малопродуктивные породы... Только где им это все взять?

И вот в этот самый драматический для них момент выходим на внешний рынок мы, со своей ментальностью. И оглашается этот внешний рынок нашей, русской речью:

- Окружающую среду загаживаем! Продукты травим! Реки вспять повора-а-ачиваем!..

- Студенты! Студенты! Кому студенты для шефской помощи? Съедают и ломают больше, чем убирают!..

- Чернобыль! Кому Чернобыль? Превращаем пашни в пустыни...

Жуткая толпа, мордобой... Это американцы записываются в колхоз имени ножек Буша...

А тут похороны... Хоронят главу японского автомобильного концерна "Мицубиси"... Только что его хваленый грузовик проиграл в грузоподъемности нашему скромному "ЗИЛу", и японец сделал себе харакири... Да, проиграл на глазах у всех. В "Мицубиси" загрузили шесть тонн зерна и он провалился под этой тяжестью. А в "ЗИЛ" грузили и десять, и двадцать тонн, а ему хоть бы что... И все благодаря нехитрому приспособлению - дыркам в днище...

А тут снова крики наших удалых продавцов:

- Для тех, кто любит приятный синий цвет, - наши куры!..

- Продаем все для коровников: падающие стены, незакрывающиеся двери, автоматическое отключение обогрева в мороз!..

- Сопли! Сопли! Кому сопли? Успешно заменяет сварку и резьбовые соединения! Хороши для сейсмоопасных районов!..

- Буренка! Кому буренка? Только жрет - молока не дает... Кто надоит больше стакана - даром берет, везет в свои страны! Берите, берите, пока не сдохла...

И бегут, бегут к буренке шведы, фины, французы...

Какой необычный хвост! Потрясающе!..

- Извиняюсь, месье, но у нас, у русских, все по-честному. Сразу хочу предупредить: это не хвост, это - вымя...

А здесь - настоящий аукцион:

- Посмотрите на этот экземпляр! Начальная цена - тысяча долларов! Не деньги для тех, кто озабочен слишком большими урожаями! Кто больше? "Две"? Две тыщи долларов дает этот джентльмен! "Три"? Четыре справа, я вижу. Пять! Пять тысяч долларов, кто больше? Пять тысяч - раз, пять тысяч - два, пять тысяч - три... Продано! Итак, господа, за пять тысяч долларов уходит с торгов редчайший экземпляр, за пять тысяч счастливчик фермер приобрел доброго друга и советчика - бывшего инструктора райкома по сельскому хозяйству! Поздравляю!..

...Да, придет время - валюта к нам рекой потечет...

 

"Охота на лис"

"Охота на лис, охота на лис"... Ну, кто знал, что это радиоигра?

Иду - смотрю объявление: "Записывайтесь в секцию охоты на лис..." А у меня как раз мехового ничего нет... "Дай, - думаю, - запишусь!"

В указанном месте сидел маленький длинноносый человек и всех записывал. Подхожу, говорю:

- Записывайте! Семенов Николай Петрович, сорок восьмой, второй рост, голова пятьдесят шестая...

Этот, который пишет, посмотрел на меня:

- А при чем тут ваша голова?

- Так мерзнет же!

- А я при чем, что она у вас мерзнет, я что, дую на нее?

Я говорю:

- Ну, ладно, темнить-то не надо - шапчонку лисью сделаешь?..

Он смеется:

- Вы не так поняли! "Охота на лис" - это такая игра...

Я говорю:

- Это для вас игра! Для меня шапка - дело серьезное... Так, без шапки, и менингит на голову получить можно...

- По-моему, вы его уже получили! - говорит. - Последний раз объясняю: в лесу - человек с передатчиком, это и есть "лиса"! Ясно?

- Ясно, кличка "лиса", сидел, значит?

Длинноносый даже отвечать не стал, только вздохнул и опять забубнил:

- В лесу - "лиса" с передатчиком, а вы со своим приемником идете в лес...

- Ага, - говорю, - со своим приемником! Будто бы я его в ремонт несу... Все ясно! А то действительно, скажешь, что за шапкой иду, столько народу увяжется, я представляю!.. А так, мол, просто пошел в лес, починить приемник... Скажите, уважаемый, значит, мне нужно этого типа найти и сказать, что я от вас пришел?

- Зачем?!..

- Ну что же он - так, первому встречному, шапку и даст?..

Носатый стал весь красный, схватил себя за нос, покрутил... Видимо, он так приходил в себя. Потом сказал сквозь зубы:

- Ну... ну вы экземпляр! Двести человек записалось, но такого первый раз вижу!..

А я про себя думаю: "Двести человек! Не за просто ж так они по лесу бегают, этого придурка с передатчиком ищут! Да вообще - что его искать? Жрать захочет - сам домой прибежит... Не-ет, видно тут кроме шапки еще какой-то приз - может, полушубок, может, сапоги..."

В общем, я понял, что стою на верном пути, не зря сюда пришел...

На следующее утро выдали мне наушники, антенну, потом этот носатый подходит:

- Как в наушниках услышите "пи-пи-пи" - значит, засекли "лису", бегите в том направлении... Ясно?

- Ясно...

- Тогда снимайте брюки - и вперед...

Мне так обидно стало.

- Брюки? Это что, в залог? За наушники?.. Не доверяете?

- Какой залог? Просто у нас форма такая - все бегут в трусах! И вы бегите! Уже старт дали!..

Ну, бегу... Народ у нас еще дикий, конечно... Собрались, смотрят... Один показывает на меня, говорит:

- Да это, кажись, из Красновки, алкаш... Видишь - штаны пропил, телевизор, теперь антенну из дома понес!..

Вбегаю в какую-то деревеньку, орут:

- Почта приехала! Почта приехала! "Комсомолку" давай! Давай "Гудок"!..

Ну, я и дал:

- У-у-у!..

- Ты чего? Чего гудишь? Всех кур разбудил!..

- А что вы меня обзываете? То гудком, то почтой какой-то... А я вам не почта! Я - радио!.. Я сверху сигналы принимаю...

Какая-то бабка спрашивает:

- С самого верху? Ой, сынок, прими сигнал, узнай там наверху: продукты дорожать будут?

- А машины?

- А как с облигациями будет?

В общем, достали меня, я уж хотел от них назад в лес поворачивать. И вдруг слышу в наушниках:

- Пи-пи-пи...

Засек! Причем где-то рядом!

Поворачиваю налево:

- Пи-пи-пи...

Бегу, в наушниках еще громче:

- Пи-пи-пи...

Подбегаю к какому-то дому, в ушах прямо как будто громкоговоритель:

- Пи-пи-пи!..

Вбегаю в дом - мамаша годовалого сынка на горшок сажает:

- Пи-пи-пи! Ну, ты писать будешь или издеваться надо мной?..

Стою посреди комнаты, в трусах, ничего не понимаю...

Тут какой-то мужик здоровый заходит, с вилами, и тоже в трусах. Покосился на меня и сразу к женщине:

- Ну, милая, вот я тебя и засек!..

Я говорю:

- Что значит "засек"? Простите, но я первый прибежал! Так что, мой дорогой, за мной будете...

Мужик заревел, как разъяренный бык:

- Что-что? Да я - муж!..

Я говорю:

- В спорте все равны! Так что за мной вставайте...

Мужик так и сел, вместе с вилами...

- Поздравляю, - говорит, - Аня... К тебе уже в очередь записываются...

- Да, - говорю, - нас двести человек записалось...

Ну, тут такое началось - неудобно было насчет лисьей шапки спросить - им не до этого было...

 

Первый контакт

Вы - Антонов? Из общества дружбы? Здравствуйте, я ваша переводчица. Ну, вы в курсе? Сейчас сюда прибудут гуманоиды. Да, первый контакт... Будете приветствовать... "Что делать, что делать"... Ну, как приедут, конечно, первым делом поцеловаться...

Э, господин Антонов! Стойте! К кому вы лезете целоваться? Это жена министра культуры приехала! Да, "такая страшная"...

А пришельцы вот, скафандр видите? Господин Антонов, ну, пустой-то скафандр не надо целовать - они ж его нам в подарок принесли... "Кто-кто" - да вот же они, зелененькие... Это и есть пришельцы... Что - "ой, мамочки"? Слушайте, Антонов, вылезайте из-под лавки! Да что вы креститесь?..

Ну, приветствуйте же, приветствуйте... Где ваша речь, доставайте бумажку...

Погодите! Как вы стоите?!.. Как вы стоите перед ними?!.. Ну, вы же к ним в спину зашли!.. Да, у них просто глаза на затылке... Вот - теперь другое дело... Подождите, сначала я им пару слов скажу...

Гм! Уважаемые гости! Сейчас с теплыми словами приветствия к вам обратится господин Антонов!..

Ну давайте, давайте, Антонов, я буду переводить... "Дорогие монгольские друзья!" Господи, что вы читаете? Да это не та бумажка - монгольских друзей мы приветствуем в шесть... Не знаю, ищите другую... Не нервничайте, ищите... Должна быть... Нашли? Наконец-то... Ну, давайте сначала...

Гм! Уважаемые гости! Сейчас господин Антонов из общества дружбы народов скажет вам несколько теплых слов!.. "Мы заявляем, что против расширения НАТО на Восток!.." Антонов, господи, что вы мелете? Это опять не то! На Восток мы расширяемся в восемь! Вы что - скандала хотите? Что - "они хлопают"? "Они хлопают"... Это вообще ничего не значит! Потому что у них, у гуманоидов, аплодисменты - призыв к размножению...

Антонов, я вас умоляю: не открывайте больше рот! Просто примите в подарок скафандр... так... теперь вы им что-нибудь подарите... Ну, не знаю - шапку, например. Эй, да не мою - свою дарите!.. Теперь приготовьтесь - будете пожимать им руки...

Гм-гм!.. Уважаемые гости! Господин Антонов хочет пожать ваши руки!.. Пожимайте, пожимайте, Антонов... А материться не надо, Антонов, они же все слышат... Ну вот - доболтались? Они просят перевести ваши слова...

Гм!.. Дорогие гости! Господин Антонов говорит, что ему очень приятно прикоснуться к вашим рукам... Что?! Антонов, они говорят, что им тоже очень приятно, только это у них не рука... Нет, это не рука в перчатке, это у них нога в носке... Не знаю, что-нибудь еще им пожмите... Антонов! Это опять не рука! Вам объяснить, что вы только что пожали? Антонов, не будьте ребенком... В трех щупальцах запутался...

Друзья! Господин Антонов хочет по нашему обычаю вас расцеловать!.. Стойте, Антонов! Целуйте! А я говорю - надо! Нет, через переводчицу нельзя... Ну, не жмурьтесь, не жмурьтесь - это ж минутное дело... Я же сказала - не жмурьтесь! Куда вы его целуете? Это не щечка, вы опять со спины зашли... Все! Заткнитесь! Они что-то говорят - дайте хоть перевести...

Господин Антонов! С ответным словом к вам хочет обратиться член делегации гуманоидов, слесарь марсианского завода "Знамя Галактики"... член бригады коммунистического труда товарищ Пучеглаз!.. Я перевожу... "Дорогие земляне... думал ли я, просто слесарь Галкатики..." Господи, как же они отстали в развитии! Даже у нас уже этого нет... А? Да-да, Антонов, перевожу-перевожу. "...что мне выпадет такая высокая честь..." Видите, Антонов, вот они отсталые, а как приветствуют! Учитесь... Господи, да перевожу я, перевожу... "...высокая честь приветствовать... дорогих монгольских друзей!.."

 

Узкий профиль

Правильно говорят: наше здоровье - в наших руках. Не надо на врачей сваливать. Лечат у нас хорошо, надо только нам самим правильно прицелиться, к какому специалисту идти.

Сейчас же узкая специализация! Это раньше один врач все знал и от всего лечил. Но ведь это невозможно, все знать нельзя! Бывает даже тебе кажется, что ты что-то знаешь, а на самом деле - ни хрена! Иллюзия это!..

Ну вот простой пример. Заходишь в столовую, в меню написано: "курица". Тебе кажется, что уж курицу-то ты знаешь, да? А на деле? Тебе приносят крылышко... Ты грызешь крылышко, сосед грызет крылышко, соседка грызет крылышко... За какой стол не посмотришь - у всех одни крылышки! Теперь скажи: если все эти крылышки сложить - получится курица?.. С двумя ногами, гребешком, головой с клювом - получится?.. Нет! Вот и выходит: ты всю жизнь считаешь, что ел куриц, а на самом деле это были многокрылые вертолеты...

А уж в медицине тем более все знать нельзя! Вот они твое тело на участки и поделили! И за это на докторов нельзя обижаться! Главное, повторяю, верно прицелиться! Другое дело, что это не всегда получается...

Мне тут жена говорит:

- Что-то, Федя, ты мне не нравишься. Сходи в поликлинику, пусть тебя там послушают.

Пошел. Говорю в регистратуре:

- Одышка у меня, еле ногами двигаю...

- Ногами? Это вам к специалисту по ноге...

Прихожу к этому ножному специалисту, он по-научному "ортопед" называется. Посмотрел он:

- Значит, говорите, что еле ногами двигаете? Не знаю, в чем дело, - у вас нормальные ноги. Кривые только, но это уж - как бог послал... А так кости, суставы - все нормально.

- Ну как же "нормально"? Я ими еле двигаю, а вы - "нормально"...

- Да вы поймите - я узкий специалист! По моей части - все нормально! А то, что вы ими еле двигаете, это может быть тысяча причин!

- Ну, например?

- Например, может, у вас ботинки тяжелые! Что же, прикажете мне и в сапожном деле разбираться?

Я говорю:

- Конечно, ничего приказать я вам не могу, а если бы мог, приказал бы вам только одно: быть к людям более внимательным!

- По-вашему, я не внимательный, да?

- Вы еще спрашиваете? Да вы меня даже не послушали!..

- Я? Я?.. Слушайте, ну вы наглец! Я его не послушал, как вам это нравится! Да я уже полчаса вас слушаю!..

- Я не про это! А чтобы со стетоскопом, с трубочками в ушах...

- Ну, хорошо, если вы настаиваете...

Он взял стетоскоп, воткнул трубки себе в уши и отрывисто скомандовал:

- Хорошо, я вас послушаю... Давайте ноги...

- Да не ноги! Ноги-то - что их слушать... Вы весь мой организм прослушайте...

- Зачем? Зачем я буду слушать то, в чем я совершенно не разбираюсь? Ноги - другое дело. Ноги - моя стихия. По ногам я все книги прочел, я ноги знаю как пять пальцев. А все остальное...

Он оглянулся на дверь и добавил шепотом:

- Скажу вам честно: я, кроме ног, никаких других органов не знаю, даже затрудняюсь, как их зовут... Зачем я буду чужими названиями загружать свою... эту... забыл, как она называется... ну эта... она у людей в самом верху расположена, из нее еще к старости волосы лезут...

- Шапка, что ли?

- Возможно... Зачем я буду эту свою шапку всякими глупостями загружать...

А я свое гну:

- Значит, даже не послушаете? Я такую очередь к вам отстоял, и даже дома рассказать нечего будет... Спросят меня: "Ну, тебя хоть послушали?" А я...

Он сдался:

- Ну ладно! Что-то я такое вспоминаю, нам на первом курсе говорили - есть такая штука у человека... забыл как зовут... Ну, еще когда в любви объясняются про нее говорят: мол, предлагаю тебе руку и... и... и вот эту штуку...

- Не понимаю, о чем вы...

- Ну, неважно, - ортопед говорит, - неважно, как ее зовут, главное, что именно ее у больных слушают... Давайте я попробую...

- А где она у человека находится? - спрашиваю.

- Это я помню: она находится у человека с левой стороны - там, где обычно бумажник. Ну раздевайтесь, вставайте быстренько, я с вами час тут уже...

Ну, я разделся, встал так, чтоб ему удобней было слушать...

Он как заорет:

- Как вы стоите? Что вы мне подставили? И это я должен слушать?! Хулиган чертов!..

Я говорю:

- Вы мне сами сказали: "Эта штука с той стороны, где бумажник..." Никто вам, доктор, не виноват, что я деньги в брюках, в левом заднем кармане ношу! Я только выполнял ваши указания... Не хотите слушать - не надо, а кричать нечего...

Он как заорет:

- Во-он!..

Я думал, судьба больше никогда не сведет меня с этим страшным человеком. Но вышло по-другому...

Как-то заболели у меня глаза... Прихожу в поликлинику, иду в регистратуру - меня опять к ножному посылают. Думаю: "Какая связь? Где глаза - где ноги?" Но оказалось связь есть...

Он меня узнал сразу. А узнав, так дернул за ногу - глаза на лоб полезли! Вот вам и связь...

Год я после этого в поликлинике не был. И дальше б не ходил, если б не особый случай...

Как-то наелся я огурцов, запил молоком и стал после этого, ну... все время бегать... Какое-то время терпел, очень не хотелось к врачам, но чувствую - все, сил осталось на один забег... И побежал в поликлинику.

Та же регистраторша отправила меня с моим острым кишечным заболеванием к тому же ортопеду...

Казалось, он больше не помнил зла. Посмотрел на меня, сочувственно покачал головой и сказал:

- Есть один способ, сразу бегать перестанете...

- Какой, какой способ, доктор?

- Предлагаю ампутацию...

Я бежал от него так быстро, как только мог, без шапки, без ботинок... Через день я уже лежал с сильнейшей простудой, я бредил, мне снился жуткий сон, всегда один и тот же...

Во сне я вызывал врача из поликлиники. И приходил, конечно, он, ортопед...

И каждый раз я метался по кровати и в отчаянии кричал:

- Ну почему, почему всегда вы?!

- Ну, а кто же? - спокойно отвечал он. - Ведь у вас грипп, а я как раз специалист по ногам...

- Да при чем, при чем тут ноги-то?!

- Как это "при чем ноги"? - говорил в моем страшном сне терапевт, заботливо поправляя мое одеяло. - При гриппе что нужно парить в горячей воде? Но-о-ги...

- Мне некогда тут с вами парить ноги! - кричал я. - Я завтра же выхожу на работу...

- Пожалуйста, можете выходить, - отвечал он. - Сейчас наука достигла таких высот, что мы можем вам ноги парить отдельно...

- Это каким же образом?

- Предлагаю ампутацию...

И я каждый раз в этом месте просыпался в холодном поту и еще долго дрожал, пока не убеждался, что это сон, что он не стоит рядом...

Но как-то раз я проснулся... Он продолжал стоять надо мной... Я протер глаза - он не исчезал...

Рядом стояла моя жена и говорила ему:

- Понимаете, доктор, он стал такой раздражительный, просто бросается на людей! Вот я и позвонила в поликлинику, попросила прислать специалиста, сказала, что он каждый день встает с левой ноги...

И она заплакала...

- Ну, успокойтесь, - сказал ортопед. - Обещаю, больше он с левой ноги вставать не будет...

С этими словами он достал огромную пилу...

Он взял мою ногу, как полено, примерился пилой, поплевал на ладони...

Спасти меня могло только чудо... И оно произошло! Я сунул ему ногу в носке прямо под нос...

- А! А! Невозможно работать! Носки... надо чаще менять!.. - пробормотал доктор, хватая ртом воздух, и рухнул на пол...

С тех пор я практически не болею. И не хожу к врачам. Не имею права - мне еще столько предстоит сделать: посадить дерево, вырастить сына...

Нет, никак нельзя нам к врачам...

 

Предвыборная программа

Дамы и господа! Товарищи и подруги! Братья и сестры! Солдаты и старшины!

Голосуйте за меня! Если вы меня куда-нибудь выберете, то даже не представляете, как вам всем будет хорошо!

Уже через год вы не узнаете страну. Выглянете в окно - и не узнаете: все кругом будут шикарно одеты. Ну, может, один человек будет рыться в помойках, ходить в рванине, с подвязанными галошами, в женском капоре на голове, как на картине "Немецкая армия после Сталинграда", - это Жванецкий... Потому что ему нечего будет критиковать и обличать - так все будет хорошо.

Но будет и трудно. Надо честно сказать - трудно будет. Если вы меня выберете, вам придется пройти через труднейшее испытание - испытание изобилием...

И уже сейчас надо готовиться к тому, чтобы грядущее изобилие не застало нас врасплох...

Поначалу даже возможен всплеск преступности, связанный с тем, что люди не будут знать, куда деть деньги... И я не исключаю, что в один прекрасный день в вашу квартиру ворвутся люди в масках и, угрожая раскаленным утюгом, будут требовать: "Возьми мою машину! Возьми тыщу рублей! Курицу возьми!"

Что, например, делать с огромными квартирами, которые будут у каждого из нас? Не ухудшат ли они демографическую ситуацию? Не получится ли так, что муж, дойдя наконец в такой квартире после ужина до спальни жены, забудет, зачем он шел? Тут надо думать - может, в спальнях держать специальных людей, которые бы никуда не ходили, а занимались бы с вашей женой только исправлением демографической ситуации...

Но главная проблема с продуктами. Если заранее не продумать, куда их девать, люди будут объедаться! Обеденный перерыв придется сделать с трех до шести - иначе все не съесть...

Но беспокоиться не надо: на случай изобилия у нас уже готова специальная программа ухудшения жизни, чтобы как-то снять напряжение на желудок и на мозг...

С колбасой решается просто: часть батонов сервилата отдать милиционерам вместо дубинок, часть - в секс-шопы...

С икрой тоже: сделать из нее красно-черное конфетти, пусть люди обсыпают друг друга на маскарадах...

Но как решить проблему изобилия в целом? У нас уже подготовлен проект постановления "О мерах по дальнейшему ухудшению жизни трудящихся". Иначе мы будем похоронены под этой горой продуктов, которые хлынут сразу после моего избрания...

Во-первых, предлагаю восстановить Агропром и колхозы. По нашим расчетам, это поможет уменьшить ожидаемое количество продуктов на треть...

Во-вторых, предлагаю вернуть на овощные базы старые, незаслуженно обиженные кадры: они обещают сгноить и растащить еще на треть...

Что касается последней трети... Предлагаю пустить экскурсионные автобусы по линии "Интуриста": англичане, немцы датчане будут приезжать якобы на экскурсию, а сами - по нашим "Гастрономам"...

В общем, что-нибудь решим. Как говорится, пережили нищету, переживем и изобилие...

Вы меня только выберите...

 

Картинки с выставки

Думаю, мы совершенно напрасно забыли художников эпохи соцреализма. Надо только заменить старые подписи под их картинами на новые...

Итак - приглашаем всех на наш маленький вернисаж...

Знакомое полотно: элеваторы ломятся от зерна, длинная колонна грузовиков, счастливые, румяные лица шоферов...

Только новенькая подпись: "Принимай, Родина, канадский хлеб..."

А вот еще одна картина: веселый деревенский праздник, танцуют девчата, отплясывают трактористы, гармошка в руках комбайнера...

И подпись: "Пока работают студенты..."

Третья картина: крепко взявшись за руки, идет совершенно обнаженная пара...

Подпись: "После уплаты налогов..."

Ой, а эта! До боли знакомая: Артек. Стремительно выбегает из волны улыбающийся белозубой улыбкой негритенок...

Только подпись новая: "Ваня Смирнов после купания в экологически чистом Черном море..."

А тут натюрморт: из лукошка выглядывает хвостик рыбы, рядом с лукошком одинокое красное яблочко...

Подпись? Пожалуйста: "Потребительская корзина".

А знаменитое полотно Решетникова "Опять двойка"? Ну, чего ему пропадать? Картина-то какая шикарная: прелестный мальчик в военной форме, приложив руку к козырьку, стоит перед высоким, красивым стариком...

Только подпись заменить надо. Скажем, на такую: "Посадив отца, Павлик Морозов пришел за дедушкой..."

Конечно, могут спросить: "А как быть со старыми табличками к картинам? Что же их - все повыбрасывать?"

Конечно, нет! Зачем? Люди же их специально писали...

Нет, просто к старым табличкам надо нарисовать новые картины. Ну, к примеру, изобразить современный рынок. А табличку от старой картины привинтить "Девочка с персиками"...

Или там изобразить купание в проруби секретаря компартии. И, опять же, старую табличку от Петрова-Водкина: "Купание красного коня"...

Ничего выбрасывать не надо! Не такое у нас положение, чтобы вещами разбрасываться...

 

Мимикрия

ПИСЬМО ВЕДУЩЕМУ ПЕРЕДАЧИ

"В МИРЕ ЖИВОТНЫХ"

Дорогой господин Дроздов! Хоть я и мужчина, но я вас люблю... В конце концов, у каждого могут быть свои кумиры. Есть же у нас "пугачевки", "леонтьевки", ну, а я - "дроздовец"...

Да будь моя воля, я бы все вокруг вашим именем назвал - от мушки дроздофилы до туманности Дроздомеды...

И мысленно все так и называю. И когда я иду по дроздулице, или еду в дроздобусе, или дома что-нибудь приколачиваю дроздочками, я только о вас и думаю...

Вы не волнуйтесь: ориентация у меня нормальная, просто вы мне глаза на жизнь открыли, вот я вас так сильно и люблю...

Я вот раньше, бывало, думаю: "Ну почему у нас все прикидываются? Баран - умным, в начальниках сидит... Умный - дураком, делает вид, что ничего не понимает... Здоровый - больным, чтоб в санаторий попасть... Холостой - женатым, чтоб не жениться... Женатый - холостым, чтобы... ну, вы знаете, зачем..."

Ну, вот не понимал - и все! А как посмотрел вашу передачу про мимикрию - сразу все понял!

Мимикрия - это, если вы, господин Дроздов, сами уже подзабыли, все-таки два месяца с той передачи прошло - это когда живность всякая, чтобы побольше себе кусок отхватить или чтоб ее саму не съели ненароком, окраску или форму меняет, с фоном сливается, каким-нибудь там сучком прикидывается... Зимой, скажем, белая окраска, летом зеленая... Вспомнили?

Я-то, дурачок, давно это явление наблюдал, только не знал, что это мимикрия! К примеру, любой водитель знает: летом гаишник на тебя охотится, поймал вроде, а ты сунешь зеленый доллар в права - и он тебя уже в упор не видит, ты для него, как будто с зеленой травой слился...

И после того как вы, господин Дроздов, нам объяснили, что такая мимикрия - явление природное, я стараюсь больше не переживать, в природу не вмешиваюсь, а только, как вы учили, пытливо всматриваюсь в нее и наблюдаю...

Недавно наблюдал у нас в Зюзино, на прилавке в "Гастрономе", отечественных сизых кур... И больше не возмущался, как раньше. Потому что теперь понимаю: мимикрия... И даже где-то приятно, что ни венгерские, ни румынские, ни французские куры не могут так, как наши, русские, даже после смерти с помощью защитной окраски бороться, чтобы их никто не тронул...

Вы-то сами не бывали у нас, в Зюзино? Не бывали, конечно, - все по миру мотаетесь... Ой, не бережете вы себя совсем, господин Дроздов... Худой, одеты плохо, все время в какой-то кепочке с козырьком, как будто с убитого фрица сняли... И вот в этой рвани шастаете по всему свету. Так нельзя - вы ведь у нас один...

Ну вот, что вы за какой-то травоядной ящеркой в Сахару полезли? Ну и что, что у нее пятьдесят зубов? Нет, как ученый ученого - а я думаю, что теперь мы ровня, - так вот, как ученый ученого, я вас понимаю... Пятьдесят зубов - интересная мимикрия, она страшной пастью врагов пугает. Понимаю. И экземпляр редкий, крупный, двадцать кило - понимаю. Но зачем же так далеко ездить?

У нас, в Зюзино, со мной работает Галя Морозова, так у нее не пятьдесят, а, наверное, все триста пятьдесят зубов!.. Я, конечно, не считал: просто так, без повода к ней в пасть руку не сунешь... Эта Галя - абсолютно дикая! И сколько я ей не объяснял, что я ваш ученик, исследователь, что я все равно что врач, меня стесняться не надо, - она мне не дала... Не дала ни взвесить себя, ни зубы ей посчитать...

Но я, дорогой коллега... Ничего, что я вас коллегой называю?.. Но я, дорогой коллега, продолжаю настаивать на этой цифре - триста пятьдесят! Потому что, сами посчитайте: она целый год с работы отпрашивалась зубы вставлять...

Вот так! А вы все по чужбинам за мимикрией гоняетесь! Вы к нам на работу заезжайте: у нас по утрам девчонки по два часа в туалете и окраску и форму меняют...

Вот вы в Африке каких-то землероек ищите. Вам, видите ли, любопытно, как землеройка казанской сиротой прикидывается, - мол, снаружи у нее маленький домик, а под землей лабиринтов на километр...

Да вы к нашему директору на дачу загляните - вот эта мимикрия: снаружи маленький домик, а под землей и гараж, и подвал, и сауна... И он в эту сауну таких крашеных землероек возит - передать не могу!..

Я когда увидел, как вы в Австралии сквозь жуткую чащобу подбирались к какому-то ленивцу, у меня прямо сердце кровью... Ну вот зачем? Зачем, когда у нас в стране таких ленивцев больше, чем неленивцев?!

Нет-нет, вы меня не убедите, коллега, - на все, что вы там отыщите, я вам наше назову и не хуже...

Мексиканская ящерица? Наверху, на деревьях живет? И пока ей старый хвост не прищемишь, новый не вырастет? Ой, удивили! А у нас наверху такие ящерицы! Им если хвост прищемить, они даже зарплату за прошлый год могут тебе выдать - вот какие ящерицы!..

Так что кончайте вы мотаться, приезжайте лучше ко мне, в Зюзино, посидим, Дарвина почитаем...

Правда, не уезжайте, как говорите вы, на телевидении - оставайтесь с нами... Ну, желаю вам, любимый мой телеведущий, крепкого дроздовья...

 

Собачья жизнь

МОНОЛОГ БЕСПРИЗОРНОГО ПСА

Ав! Погоди, лохматый, куда бежишь, дай понюхать-то... Полкан, ты, что ли! Ну, здорово-здорово! Чего чешешься? Блохи? Да, блохи - просто замучили! Для нас, собак, блоха - первый враг! И откуда их столько? Наверное, с людей перескакивают... Ну, глисты-то точно от людей... Я щенятам своим всегда говорю: "Поиграл с людьми, погладили вас - сразу мыть лапы..."

Я тоже обчесался прямо... Ну, еще это лето такое: на блох урожайное. Вот жалко, ученые не додумались: надо было блоху с пшеницей скрестить - и урожай будь здоров, и хлеб сам по столу прыгает...

Ой, да эти ученые, я тебе скажу... Среди них один только приличный был - Иван Петрович Павлов, царство ему небесное... Этот - да! Этот всегда к нам с полным уважением. Стоит тебе только гавкнуть на зажженую лампочку - он тебе тут же миску несет...

Сегодняшние-то людишки что... Им бы только нас попрекать. Только и слышишь: "Сейчас люди живут хуже собак..."

Все этим людям мало! Все завидуют! А я вот так по помойке сужу - хорошо стал жить народ! Такие куски выбрасывают!.. Только нам не всегда достается: сами же люди в наших же помойках теперь роются! И что за мода у них такая пошла!..

Нет, в городе жить можно. А вот у меня деверь, кобель восточноевропейский, на границе служит, так он мне написал на столбике: "Минобороны задерживает довольствие. Живем впроголодь, от нарушителя до нарушителя"...

Да-а, все на нас сваливают! Я тут мимо какого-то подъезда бегу, смотрю - мужик объявление читает и ругается: "Вот собаки! На два месяца горячую воду отключили"... Подхожу, читаю - действительно на два месяца! И что интересно: подпись собачья - Джэк какой-то!..

Мясо мы у них все съели, болезни на себе переносим... Я еще удивляюсь, как они на нас в том году неурожай зерна не свалили... Ну, когда засуха была.

Хотя, если бы к нам по-хорошему, Полкаша, разве б мы не помогли? Вышли б на поле дружно, все вместе, ножку подняли - и нет засухи!..

Но, Полкаш, по хорошему к нам не хотят... Все-таки человек - существо тупое. Ну вот ты мне скажи: гоняются, за нами бродячими, ловят... А кто-нибудь подумал: если нас, собак, переловят, на кого они все сваливать будут?

То-то и оно, что не на кого будет. И придется людям тогда работать. А ведь работать, Полкаша, я так смотрю на людей - ни одна собака не хочет!..

 

Телепаты

Вы про телепатов слыхали? Сейчас такие типы появились - мысли читают, взглядом графин по столу двигают, ушами шевелят... "Ерунда", считаете? И в предчувствия не верите?

А чем тогда объяснить: в четверг утром просыпаюсь такой радостный-радостный, как будто что-то хорошее меня ждет, прихожу на работу - точно, начальник ногу сломал!.. Чем объяснить?

Или спиритизм возьмите... Не верите? Не верите в вызывание духов? Да я же лично на спиритическом сеансе был... Да, залезли в подвал, свет погасили и стали Наполеона звать: "Наполео-он, где ты? Домой!" Ну, я вам скажу, этот Наполеон - фрукт, конечно! Звали-звали, так и не появился! А свет зажгли - смотрю, у меня бумажника нет! Вот вам и император...

У меня после этого случая насчет этой мистики все сомнения отпали! А в гостинице что было? Вечером сижу, думаю: "Вот бы сейчас ко мне Люсенька, дежурная по этажу зашла... Чего-то так скучно одному"...

Только подумал - она:

- Может, - говорит, - вам скучно одному?..

Я говорю:

- Люсенька, вы прямо телепат! Так скучно! Так скучно!..

Тут она кокетливо так подмигивает и говорит:

- Ну ладно, уговорили! Чтоб вы не скучали, я вам сейчас старичка на раскладушке подселю...

Старичок действительно веселый оказался, с устойчивым маразмом, скучать не дал...

Сначала ботинки почистил моей щеткой... зубной. А потом к холодильнику подбегает, дверцу распахивает и внутрь кричит:

- Безобразие! Молодежь! Второй час туалет занимаете!..

- Вы с кем разговариваете? - спрашиваю.

- А вон, мордатенький, сидит ухмыляется! Сынок ваш, что ли?

- Какой "мордатенький"! - говорю. - Какой "сынок"! Это я свиную голову на холодец купил...

Но старичок, между прочим, тоже телепат оказался! Стоило мне только подумать: "Поспать, что ли?" - старикан так захрапел, хоть глушитель на него ставь!..

Это была страшная ночь... Я тащил его вместе с раскладушкой в дальний угол, а он орал во сне:

- Водитель! Почему остановки не объявляете?!.

Между прочим, когда я вернулся из командировки и на работе про эту телепатию рассказывал, одна дама поверила мне сразу. И рассказала, что она тоже телепатический контакт установила. Только не с нашими, а с марсианами. И что интересно, у нее даже доказательства есть: у нее от этого контакта - ребенок растет! Причем любопытно: марсиане-паразиты что делают, чтоб среди наших не выделяться: лицо у этого ребенка - копия наш старший бухгалтер!..

Нет, я лично верю в это дело. Да телепатов же даже по глазам видно, у них взгляд особый такой, острый! Вообще говорят, что у наших российских телепатов взгляд самый сильный в мире!

Конечно, за границей тоже телепаты есть. Вот писали: голландец один с двух метров посмотрит на свою машину - мотор сам заводится... Но против наших - это ерунда. Мой сосед метров со ста смотрел, смотрел на свою машину и что вы думаете? Она сама завелась, сама поехала и еще какой-то тип за рулем оказался! Вот это телепатия!..

Потому что телепаты очень большую энергию внутри себя скапливают. Один знаете, сколько скопил? Смог не то что какую-то фигульку взглядом в воздух поднять, а самого себя. Прямо с пляжа на три метра в воздух взлетел, причем с дополнительным грузом: ему перед стартом пацаны краба в плавки подложили...

Ну, насчет того, что телепаты будущее предсказывают, об этом даже говорить нечего, это для них, как чихнуть. Тетка моя угадывает на месяц вперед, с точностью до одного дня! Вот так сядет, глаза закроет, раскачивается и говорит: "Ой, чую Степа мой семнадцатого опять пьяный придет..."

Как в аптеке! За все время - один раз ошиблась: он вообще не пришел... Всю ночь во дворе лужу переплывал...

Ну, как после этого не верить? Наука, конечно, сомневается, но я думаю, на самом деле эти ученые просто боятся, что телепаты у них хлеб отобьют...

Сами-то ученые насчет того, чтоб будущее предсказать, так, на три с минусом...

Они тут знаете, как на ткацкой фабрике беременным ткачихам предсказывали? Ну что вы! С помощью генетики, кто родится - мальчик или девочка. Вот один генетик видит: молодая, с животом идет. Подскакивает:

- Готов поспорить, вижу невооруженным глазом, по форме живота у вас будет мальчик...

А она:

- Дурачок ты, свитер у меня будет, это я шерсть с фабрики выношу...

Вот вам и наука! Не-ет, если кому и верить, то только телепатам!..

 

В электричке

- Граждане дорогие! Сами мы не здешние... Помогите, кто сколько может... Я потомственный чекист. Родился в Берлине под бомбежками в апреле сорок пятого. Моя мать - радистка, отца не помню...

Я сразу, как родился, хотел приехать его разыскать.

Но Центр попросил меня остаться, внедриться в немецкий детский сад и узнать, почему абвер так нашими детскими садами интересуется?

Наши случайно одного заподозрили, обратили внимание, что какой-то здоровый мужик в детском саду на горшке сидит... Оказался штурбанфюррер СС... Нет, записали-то его в наш детсад ребенком, когда он еще в гитлерюгенде был, но у нас же в сады очередь была на несколько лет...

А я, граждане, к ним спокойно внедрился и послал шифровку: "Гимлер интересуется, что это выносят в тяжелых сумках по ночам из детсада люди в белых халатах?" Немцы думали, что там замаскированный институт...

И Центр сказал мне "спасибо", но вернуться не дал и под разными предлогами еще десятки лет держал меня вдали от Родины. И только недавно я узнал из архивов, что это мне через знакомых в столовой КГБ мстили поварихи детсадов и воспитательницы...

И мне пришлось, граждане, после войны обосноваться в ФРГ на долгие годы, обзавестись хорошими документами. Аусвайс у меня был подлинный, я взял фамилию матери - "Кэт"... Но для убедительности легенды все эти годы приходилось жрать "Вискас"... с содовой... Вот почему у меня такая хорошая шерсть...

Вы, конечно, спросите, что кроме "Вискаса" помогало столько лет уходить от провала?.. Конечно, прежде всего разведчику нужны хорошие мозги. Они меня один раз просто спасли...

Был такой случай. Немцы как-то узнали, что в двадцать три ноль-ноль я должен выйти на встречу со связником, агенты уже стыли на холоде, ждали в подворотне, хотели с поличным взять... А я дома пошевелил мозгами, перевернул их, чтоб не подгорели, сухарями посыпал и думаю: "Сейчас идти куда-то на холод, с каким-то связником встречаться, когда дома такая вкуснятинка - жареные мозги, их с баварским пивом... Да хрен с ними со всеми!" Так и не пошел...

И еще тепло вспоминаю руководителей нашей разведки, придумавших засылать нас под собственными именами, чтоб труднее было разоблачить. Помню, еще в разведшколе со мной один парень был, Николай. Толстый такой! Хотели забросить его под вымышленной фамилией Жиртрест...

Уже самолет был готов, но в последнюю минуту что-то генералу не понравилось. У него, конечно, интуиция была!.. Какая интуиция! Она ему все заменяла, даже грамотность... "Отставить!" - говорит. Ходил, ходил вокруг парня, присматривался... "Ох-хо-хо!.. Под какой же фамилией тебя забросить, а, Коль?"

А уже взлетать, летчик нервничает... Генерал махнул рукой, говорит: "Ладно, Коль, так и будешь - "Коль""...

Парень до сих пор работает! И на какой должности...

Это редкость, конечно. Другие, кого под своими именами еще в войну засылали, - не в таком порядке. Мы так встречаемся иногда - Канарис Сергей Семеныч, Давид Самуилыч Мюллер - плохо живут... А Гудериан Абрам Соломоныч?.. Какие заслуги! В сорок первом послал телеграмму Жукову: "Буду пятнадцатого в Туле, встречайте..." А тут смотрю - посуду сдает...

Подайте, граждане... Не для себя прошу - на оперативные расходы. С этой разрядкой в международных отношениях нам так все урезали!..

Раньше, в "холодную войну" нам ничего не жалели! Королями жили! Нас с легендой миллионеров забрасывали! Калугин в шестьдесят восьмом без парашюта прыгал! Ему парашютный мешок наличкой набили, девать было некуда...

Серега Казарян, чернявый такой, с семьдесят восьмого под арабского шейха работал. Свой дворец, все в золоте, даже унитаз. Гарем - сорок красавиц из Первого управления, все не ниже капитана...

У него Ванька Сидоров, евнух по легенде, получал пятьсот долларов за звание и еще пятьсот за вредность. Очень вредный парень был... Ему свои платили, чтоб не стучал... Царство ему небесное, на третий месяц сгорел...

Как раз в ту смену, когда в гареме дежурила майор Гюльчатай. Ну, наш шейх, как положено, нужных гостей позвал - командующий авиацией Кувейта, военные из Саудовской Аравии... Сидит, секреты у них вынюхивает. Гюльчатай для гостей стала танец живота исполнять. Ванька, как положено по инструкции, должен был с опахалом в руках стоять, обмахивать. Вдруг Серега замечает, что начальник местной контрразведки не на Гюльчатай, а на евнуха смотрит. А тот, как зачарованный, на Гюльчатай таращится и все машет, машет! И чем! Опахало-то в трех метрах от него, на полу валяется...

И конечно, когда этот евнух засґыпался, от желающих на эту должность в Главке отбоя не было. Несмотря на опасность...

Ну, а сейчас где Серега со своим гаремом? Первое время, когда финансирование срезали, он еще кое-как держался, отпиливал по кусочку от своего золотого унитаза, продавал. А когда унитаз съели...

Центру пришлось на последние деньги организовывать народное восстание, чтоб Серега мог в одном бурнусе и тряпке на голове бежать из страны...

Мало того, что денег вообще не дают! То, что было, отнимают!

Конечно, граждане, в книжках, которые вы про нас читаете, все не так. Мы там сразу, в случае провала ампулу с ядом - хрясь! Только где он, яд-то? Нам же теперь и его не присылают... Нет у них денег на приличный яд...

Тут шифровка из Центра: "Двадцатого в Мюнхене будет террорист Карлос. Ликвидировать отравленным кофе. Яд - в тайнике"... Открываем тайник - а там вместо цианистого калия заменитель: батон просроченной любительской колбасы...

Я все понимаю, граждане. Конечно, такая гнида, как Карлос, не достоин смерти от мгновенного яда. Лучше долгая, мучительная от испорченной колбасы. Но как этот здоровый батон засунуть ему в маленькую чашечку кофе?

Они там в Центре совершенно оторвались от жизни!

Придумали! Я теперь по их легенде - немецкий безработный! Ну, а где экипировка для немецкого безработного? Где смокинг, бабочка? Здесь безработный получает больше, чем в России министр социального обеспечения...

Ведь знают, что на то, что они присылают, я могу только под нищего работать! Нет, шлют телеграмму: "Центр - Юстасу. Пригласите к себе в дом на обед начальника мюнхенской полиции Гюнтера. Сфотографируйте. Нам нужен его снимок в гостях у русского разведчика"...

Ну, приказ есть приказ. Вот идет как-то Гюнтер. Тут я из своего мусорного бака высовываюсь, говорю: "Заходите, гер Гюнтер"...

Не знаю, что в Центре про эту операцию думают. У них теперь и на телеграммы денег нет. Сейчас же за каждое слово сумасшедшие деньги. А на то, что им выделяют ежемесячно, им только хватило сообщить: "Центр - Юстасу"... И все...

Причем и эти два слова открытым текстом - шифровальщикам нечем платить.

И после этого сразу к нашему баку цэрэушники пошли. Вот все-таки есть профессиональная солидарность! Они говорят: "Ребята, ну что ж вы не сказали, что у вас с деньгами так трудно? Вот, возьмите пока на первое время несколько секретов. Отдадите потом когда-нибудь своими"...

Но я решил ничего у них не брать. Лучше у своих попросить...

Граждане, подайте сотруднику внешней разведки на оперативную работу!..

 

Исповедь

Батюшка, я понимаю: совершенному мною нет прощения в нашем обществе...

Передо мной днем и ночью стоит лицо той девчушки - кассира! Как она на меня смотрела полными ужаса и непонимания глазами! Тянула ко мне руки... И я хочу облегчить душу... Хочу сказать... Я вчера среди бела дня... этой девчушке... заплатил налоги... Боже, как я ее напугал... Она приняла меня за сумасшедшего...

Я был не один... Самое отвратительное, что я заставил участвовать в этом деле жену. Она стояла на шухере и должна была дать знать, если мимо пройдет кто-то из знакомых или подъедет перевозка из Кащенко...

А я вошел... в черной маске... чтоб не узнали... и заплатил...

И я вам хочу сказать: соскользуть на кривую дорожку честной жизни легко, а сойти с нее трудно. Эта честная жизнь засасывает, как болото...

Я теперь понимаю: конечно, все не случайно. Я не ищу себе оправдания, но корни того, что я совершил, конечно, лежат в моем детстве, в тех, кто меня окружал. Что я видел тогда? Детство жуткое было. Наш подъезд - не приведи бог: кругом одни отличники... из музыкальной школы.

Вечером погулять выйдешь - уже стоят. Кто со скрипкой, кто с виолончелью... Стоя-ят, смычками поигрывают... А что я? Пацан, попал под влияние... В подъезд завалимся и давай Моцарта наяривать, от Шуберта балдеть... А Моцарт, он же душу осветляет, после него вообще, как пьяный: легко так становится, добро делать хочется... Ну как воровать после Моцарта? После него можно только с повинной идти, такое чувство, что больше года не дадут... Или Бетховен. После него только захочешь налоги укрыть, а в мозгу сразу: "па-па-па-па..." - тема судьбы...

Ну, и где сейчас эти музыканты? Естественно, их общество отторгло. Один профессор в Гнесинском, побирается, конечно... Другой - дирижер в Большом театре. У него тоже, кроме палочки, вообще ничего нет.

Меломаны - это ж те же наркоманы - затянет не выберешься. От этого же не зашьешься. Сейчас, правда, говорят, пробуют таким, помешанным на классике, как торпеду алкашам, кассету со специальной музыкой в ягодицу зашивать. Эта специальная музыка так и называется - поп-музыка. Я, правда, так и не понял в честь чего ее так назвали: то ли по месту, которым ее слушают, то ли по месту, куда ее зашивают, то ли по месту, которое ее воспроизводит...

Говорят, после такой зашивки какого-нибудь Брамса слушать невозможно: сразу тошнит, наизнанку выворачивает. Но лучше, я вам скажу, с детства к этой классике несчастной не привыкать, чем потом мучиться и лечиться...

Вот ребятам в соседнем подъезде как повезло, как повезло! Они, кроме "Мурки", ничего не слышали. Ну, у них и старший наставник был - позавидовать можно! Красавец, весь в татуировке, во рту фикса горит, только что из лагеря...

Конечно, у него ребята выросли - как раз то, что надо сегодня! Уважаемые люди! Они тут к нему недавно в гости приезжали. Ну, у него теперь особняк, швейцар в ливрее. И они подъехали - это ж любо-дорого посмотреть! На таких машинах! Весь двор высыпал. И швейцар так торжественно:

- Домушник из Солнцева с супругой!

- Бригадир Афоня из подольской группировки!

- Братва из Долгопрудной!..

Ну, что тут сделаешь? Повезло с наставником. Я нашего вспоминаю - тоже один лоб крутился, все картинки с девочками показывал: "Девочка с персиками" Серова, "Девочка на шаре" Пикассо... В Третьяковку нас водил... Господи, кому это все теперь надо?

Что обо мне говорить? Я-то с этой своей честностью - человек конченый. Меня сынок беспокоит, как бы он по моей дорожке не пошел.

Нет, что мог для его современного воспитания - я все сделал. Там Пушкина с Толстым, Гоголя с Тургеневым - это все я спрятал...

Иногда, если самого потянет стихи почитать, вкладываю их в обложку от "Плэйбоя": сынку в голову не придет, что там Лермонтов спрятался. А уж журналов-то этих сынок насмотрелся побольше папаши... Не подойдет.

С музыкой, батюшка, я тоже все продумал. Кассету с Бахом в плейер вставляю, чтоб не слышно было, на голову наушники... Надо только под Баха дергаться по-современному: пусть мальчик думает, что я слушаю какую-нибудь группу типа "Ногу свело", "Руку оторвало"... Нет, дергаться, батюшка, это как раз не трудно - в руки два голых провода от сети берешь... Действительно, так ногу сводит, так начинаешь дергаться, трястись и извиваться - Майкл Джексон может отдыхать!

Вот с телевизором сложней. Я тут чуть не попался... Признаться стыдно... У самого уже пацан взрослый, а я все как в юности... Дурак такой... Только все улегутся - я щелк! И "Очевидное-невероятное" смотрю. Его сейчас глубоко за полночь показывают. Ну, кого оно еще интересует, кроме такого козла, как я?

И вот однажды, как назло, только мне Капица сказать успел: "Добрый день! Сегодня мы поговорим о том, что разноименные тела притягиваются! Это очень интересно!.." И тут парень мой со словами: "Ой, я тащусь - папашка Капицу смотрит!.." - дверь открывает!..

Фу! Я еле успел на НТВ, на порнуху переключить... Что вы говорите, батюшка? "Слава богу?.." Вот именно... Хорошо, там как раз чьи-то разноименные тела притягивались... Сынок посмотрел. Говорит: "Во дает Капица! А ведь не молодой уже... Папа, ты знаешь, а мне эта физика нравится! Я, пожалуй, в ученые пойду..."

Я говорю: "Не дай бог, сынок! Что у нас - нищих не хватает? "Ученым..." И будешь, как Красная Шапочка, ходить с одной потребительской корзинкой"...

А с этим сексом вообще... Ну, у таких, как я, ведь все не как у людей... Я отношусь к "сексуальному меньшинству"... Ну, это те мужики, батюшка, кто могут только с женщиной, и только один на один. Да, нас таких сегодня меньшинство. Вот такой я извращенец...

Конечно, скрываю - вру, изворачиваюсь... Мы тут с женой в дом отдыха поехали. Ну, у нас два варианта было: или такой номер, куда горничная никогда не заходит, или подороже, такой, куда заходит каждое утро... но без стука. Мы второй выбрали.

И вот она врывается, мы с женой еще в постели. Увидела, что нас там только двое... Вы бы видели, батюшка, с каким презрением она на нас посмотрела! И правильно! Извращенцев никто не любит... Пришлось мне срочно пересматривать свою сексуальную ориентацию...

Ну, ничего на следующее утро зауважала! Входит - видит из-под одеяла кроме наших еще шесть очаровательных ножек выглядывает. Даже семь...

Горничная на жену смотрит, подмигивает, а та молчит. И так молчит уже неделю! С той минуты, когда наткнулась в кровати на ножки для холодца... Конечно, если спросонья под одеялом копыто нашариваешь... В общем, шок у нее...

Я своей честностью людям только несчастье приношу. Ну что мне стоило тогда трех настоящих девок в кровать положить? Долларов двести, больше бы не стоило...

А когда старушку-соседку из-за меня инсульт хватил?.. Ну, она, правда, сама немножко виновата. Все жену спрашивала, почему у меня нет малинового пиджака.

- Сегодня, - говорит, - Зина, приличного мужика сразу видать. И на твоем должон быть пинжак малиновый, а в руке - телефон-автомат. Или просто автомат. А твой своим затрапезным видом мене раздражает...

Ну, я свой серый гэдээровский пиджачишко малиновым вареньем помазал, вечером вышел, в соседней будке телефонную трубку срезал - назад с ней иду. Вид нормальный, только пиджак почему-то мухи облепили...

А старушка как раз у подъезда сидела. Думаю: "Подойду, порадую бабушку..."

Она меня, как в темноте увидела, всего в мухах, закрестилась, закричала:

- Мертвец идет! Мертвец идет!..

А когда я, как крутой, достал из кармана телефонную трубку, она как закричит:

- Не звони на тот свет, я еще поживу!..

Ну, старушка - черт с ней, а жену жалко. Она ведь мне верила, думала, что я приличный человек - рэкетом занимаюсь...

Каждое утро будила, провожала, напоминала, чтоб я утюг не забыл... А я бессовестно лгал! Брал этот чертов утюг, паяльник, клещи, а сам - на завод вкалывать...

Пока зарплату платили - все нормально было. Один раз даже премию дали. Помню, по дороге в кулинарию зашел, купил куриной печенки, в тот же пакетик премию... Домой приношу, вынимаю деньги - все в крови...

- Вот, - говорю, - не сразу отдал, дурачок, пришлось замочить...

Нет, пока зарплату платили - все ничего. Но вот, когда стали вместо денег выдавать готовой продукцией... Батюшка, я не говорил, что мы выпускаем? Раньше-то у нас почтовый ящик был, мы боеголовки делали... Ну, а теперь конверсия, мы в мирных целях, мы не боеголовки, мы просто головки делаем. Головки, вибраторы разные, ну, для секс-шопов, в общем, да вы знаете, батюшка...

И когда ими аванс дали... Приношу домой целую коробку, в ней штук пятьдесят этих...

- Сегодня, - говорю, - денег не дали. Пришлось вот...

Жена говорит... Она тогда еще говорила... Жена говорит:

- Господи! У кого это ты отрезал? Ты, Федя, так можешь страну оставить без подрастающего поколения!..

Проклятая честность! Черт меня потащил эти налоги платить готовой продукцией! Господи! Как на меня эта девочка-кассир смотрела, когда я двадцать восемь процентов, двадцать восемь штуковин из этого ящика перед ней выложил!..

Нет мне прощения, батюшка!

 

Феномен

В пятницу, в девять сорок три утра на шестьдесят пятом километре Минского шоссе лейтенант милиции Гвоздев засек радаром движущийся на большой скорости джип "Чероки" и потребовал остановиться.

Управлявший джипом господин Желудков подчинился, свернул на обочину, вышел из машины и пошел к постовому, на ходу открывая бумажник и привычно протягивая деньги. Казалось, ничто не предвещало трагедии...

И тут... Гаишник отрицательно покачал головой и спокойно сказал:

- Я эти деньги не возьму...

Желудков нервно оглянулся - вокруг не было ни души. А тут прямо перед ним стоял... стоял сумасшедший милиционер, с оружием...

Ему стало так страшно, как никогда! И он побежал, побежал что было сил по шоссе, оглашая диким воплем окрестности... Останавливались машины, выглядывали из леса грибники - он ничего не видел, кроме мелькавших километровых столбиков...

Очнулся Желудков на больничной койке. Над ним стояли врачи...

- Где я? Что?..

- Успокойтесь, - сказал врач. - Вы в Минске...

- В Минске?..

- Да. Вы в сильнейшем шоке пробежали несколько сот километров! Потом потеряли сознание...

- А где... где тот... страшный... он не берет... не берет...

Врачи переглянулись между собой. И самый пожилой из них, но еще вполне толковый, заметил:

- Он что-то хочет рассказать. Похоже, память возвращается...

...Звонок Президента Белоруссии раздался в Кремле ровно через час.

Уже спешно ставили на границе между двумя республиками санитарные кордоны: страшно было даже подумать, что произойдет, если болезнь, поразившая лейтенанта, примет характер массовой эпидемии - вся экономика, построенная на принципе "ты мне - я тебе", могла рухнуть в одночасье...

Уже мчались к злополучному посту десятки машин: начальство, врачи и, конечно, вездесущие газетчики и телерепортеры...

Один из них уже пытал командира подразделения, в котором служил несчастный лейтенант Гвоздев.

- Здесь, рядом со мной, - тараторил репортер, - собрались те, кто хорошо знал человека, стоявшего на посту... Честно говоря, после всего случившегося, язык не поворачивается назвать его офицером...

- И не называйте...

Командир, пунцовый от стыда, пытался говорить спокойно:

- Не называйте... Только что состоялось офицерское собрание нашего дивизиона. Мы осудили этот серьезный проступок и изгнали офицера, теперь уже бывшего, из наших рядов... Конечно, в чем-то тут и наша вина, недосмотрели... Но твердо заверяем всех, кто нас сейчас смотрит, - больше такого не повторится...

И командир жалко посмотрел на репортера - мол, хватит мучить-то...

Но репортер не знал жалости, он продолжал:

- Что значит "больше не повторится", "недосмотрели"... Как-то очень легко это у вас! Человек из-за него в сильнейшем шоке пробежал тыщу километров, пересек границу ближнего зарубежья, оказался в сумасшедшем доме, а вы - "недосмотрели"...

Командир затравленно смотрел в камеру:

- Ну как можно было предвидеть?.. Вы так говорите, как будто его кто специально учил не брать. Мы ж сами незаинтересованы... Раньше тормознешь кого - он уже несет. Сам дает, мы его не просим. Теперь сам не даст. Приходится намекать - а это уже вымогательство, статья. А у нас дети - всем сникерсов хочется... Ну кто мог знать? Еще вчера ничто не предвещало... Этот Гвоздев брал, как все... Даже больше...

- Так что ж случилось?

- Никто не знает, - сказал командир, - может, устал: он вторую смену подряд стоял...

- Вот так у нас всегда! - сказал репортер. - Сначала замучают человека лишней работой, нарядами, потом удивляются...

- Да он сам вторую смену просил ему дать! Говорил, что деньги нужны!..

Но репортер уже не слушал. Он делал глубокомысленное лицо и говорил в камеру:

- Так в чем же причина этого феномена? Мы сейчас попробуем побеседовать с профессором Ковалевым. Узнав о случившемся, он немедленно прибыл сюда, на шестьдесят пятый километр, и теперь пытается оказать первую помощь этому горе-постовому...

С этими словами репортер подошел к склонившимся над чем-то стоящим к нему спинами людям в относительно белых халатах. Репортер выбрал самую белую спину, постучал по плечу, человек обернулся. Репортер не ошибся: это и был профессор Ковалев...

- В чем причина? - задумчиво повторил профессор Ковалев. - Черт его знает, в чем причина... Мы никогда раньше с таким не сталкивались - первый случай и в нашей практике, и в истории ГАИ... Тут кто-то выдвинул версию, что он вообще...

Профессор запнулся, поняв, что сболтнул лишнее. Но репортер, почуяв сенсацию, не отставал:

- Что? Что - "вообще"?

- Ну, это так, пока только гипотеза... Возможно, что это пришелец из других миров, замаскированный под гаишника... Не знаю. Мы сейчас пробуем одну штуку...

- Какую штуку?

Профессор попросил врачей расступиться, и репортер увидел наконец "виновника торжества": бывший лейтенант Гвоздев сидел на носилках. Взгляд его был абсолютно бессмысленный... А от головы, облепленной какими-то датчиками, тянулись провода к переносному осциллографу. Девушка, по-видимому медсестра, крутила ручки прибора. Но на его экранчике была только ровная зеленая линия...

Профессор вынул из кармана пачку денег, разложил на несколько кучек...

Репортер, чувствуя, что присутствует при каком-то грандиозном научном эксперименте, спросил почтительным шепотом:

- Что вы будете делать?

- Искусственное давание, - ответил профессор.

- Рот в рот?

- Нет, рука в руку... А сейчас, извините...

Профессор повернулся к медсестре:

- Готовы?

Медсестра утвердительно кивнула и впилась взглядом в осциллограф.

- Приступаем, - сказал профессор и положил на ладонь гаишнику одну купюру. - Даю десять...

- Десять не взял, линия ровная, - тотчас отозвалась сестра.

- Повышаю до сорока...

- Сорок не взял...

- Подхожу к пятидесяти...

- Пятьдесят не взял, линия ровная...

- Сто! Кладу сто!

- Вы ж его убьете, Иван Кузьмич! - закричала сестра. - Сразу такие дозы...

- Если и сто рублей не возьмет, лучше смерть, - решительно сказал Ковалев. - Зачем ему жить таким калекой...

И он положил сотню на безжизненную ладонь милиционера... Ему показалось - неужели показалось? - пальцы Гвоздева дернулись...

- На осциллограмме слабые зубцы! Иван Кузьмич, вы гений!..

- Триста!..

- Амплитуда зубцов растет!..

Профессор, медленно, боясь спугнуть удачу, взглянул на Гвоздева. Тот с интересом смотрел на деньги в руке, его пальцы, пока еще робко, но все-таки сжимали, сжимали деньги!..

- Триста взял!

- Пятьсот!

- Пятьсот взял нормально!

- Семьсот!

- Семьсот схватил, не отдает!..

- Тысяча!..

- Амплитуда максимальная, зашкаливает!..

Вздох облегчения прокатился по толпе.

Профессор вытер пот со лба.

- Тысячу двести!..

- Иван Кузьмич! - закричала сестра. - Тыщу двести взял - просит добавки!..

Репортер несколько разочарованно спросил:

- Значит, это не пришелец?

- Это Желудков ваш - пришелец, - сказал профессор. - Откуда только он свалился на голову бедному Гвоздеву. Десять рублей предложить! Как можно было не сделать поправку на инфляцию?..

Профессор отошел от осциллографа, дрожащими руками взял сигарету, оглянулся. Рядом, не веря еще своему счастью, стояла жена Гвоздева.

- Ну что, что, доктор? Скажите - я выдержу, я сильная...

Профессор затянулся, положил ей руку на плечо и улыбнулся:

- Успокойтесь, голубушка, будет брать...

 

Светлое настоящее...

Говорят, что медикам известны такие случаи, что это какой-то летаргический сон, но, в общем, сержант Степан Гудков, контуженный и потерявший сознание в боях под Москвой осенью сорок первого года, пришел в себя полвека спустя...

Он помнил только бой за эту деревню и как их накрыло тяжелым снарядом...

Гудков встал, отряхнулся, поглядел вокруг. Тихо.

"Часть, конечно, ушла, - решил Гудков. - Интересно, за кем осталась деревня?.."

Гудков пополз к ближайшему дому.

Из дома донеслась русская речь, и сержант сначала обрадовался, даже чуть было не вскочил, когда вдруг понял, что это радио. Степан прислушался: "Под Арзамасом взлетел на воздух склад с взрывчаткой!.. В районе таджикской границы упорные бои!.. Потери войск на Северном Кавказе!.."

"Немцы мозги пудрят! - решил Гудков. - А говорят как чисто, собаки!"

У них на фронте немцы тоже вот так подтаскивали репродукторы на передовую, предлагали сдаться, трепались, что Москва взята... Ребята тогда стреляли по репродукторам, швыряли гранаты...

И сейчас сержант отцепил с пояса "лимонку", прикинул расстояние до окна, потянулся к чеке. Но передумал: "лимонка" была одна, и хотелось разменять ее подороже - может, танк попадется или немецкий штаб...

Решив все получше разведать, Гудков стал подбираться к дому с тыла. На огороде судачили две старушки.

- И почем сейчас клубника-то на рынке идет? - спросила одна.

- Сто рублей, - ответила другая.

"Сто рублей! - ужаснулся, лежа в кустах, сержант. - Эх, война-война!.."

- Да, - вспоминала первая, - бывало, до войны-то, клубничку с парным молочком...

- "С парным молочком"! - передразнила другая. - Чего вспомнила! Где оно, парное-то? Коров-то, считай, ни у кого не осталось...

"Поотбирали скотину, фрицы поганые! - понял Гудков. - Ну, погодите, сволочи! Нам бы только до Берлина дойти..."

- Ноне, говорят, - сказала первая старушка, - даже в Москве парного молока нет...

"Москва! Москва! - обрадовался сержант. - Да хрен с ним, с молоком! Главное, видно, держится Москва! Не сдали!"

- Сейчас скотину держать - смысла нет, - сказала вторая старушка. - Пока такие, как Федька, дешевый йогурт из Германии возят...

- Это какой Федька? - осведомилась первая.

- Да тот самый, - сказала вторая, кивнув на дом, из которого гремело радио. - Он же с немцами сотрудничает. Или ты не знала?..

"С немцами сотрудничает, гад! - недобро подумал Гудков. - Полицай, небось, или староста..."

Степан решил пробираться в Москву, но перед этим - посчитаться с полицаем. Подползя к Федькиному дому, схоронился в дальнем конце сада, за уборной, ожидая удобного момента.

- Хозяин! Комнату не сдадите? - донеслось от дороги. У калитки стояла женщина с маленькой девочкой.

"Беженцы", - решил Гудков.

На крыльце появился здоровенный детина. Видно, это и был Федька.

"Ишь, ряшку наел, когда другие на фронте..." - зло подумал Гудков.

- Комнату? - переспросил Федька. - Шестьсот баксов, можно в немецких марках...

Женщина у калитки, похоже, потеряла дар речи и способность двигаться, а Федька, не дождавшись ответа, безразлично двинул по дорожке прямо к уборной.

"Сейчас тебе будут марки", - обрадовался Гудков.

Похоже, ему улыбнулась редкая удача. Сержант потихоньку, сзади, стал просовывать в щель между досками ствол своего ППШ...

Не берусь описывать чувства человека, сидящего, казалось бы, в самом безопасном в наши дни, укромном месте, когда он вдруг чувствует сзади голым телом прикосновение металла и в ту же секунду слышит вкрадчивый шепот: "Кто в деревне - наши или немцы?.."

- На... на... - попытался ответить Федька.

- Наши? А что ж ты, сука, за марки комнату сдаешь?..

Женщина у калитки к этому моменту только-только стала приходить в себя, когда вид человека, вывалившегося из уборной без штанов с криком: "Даром! Даром бери!", - снова поверг ее в столбнячное состояние...

А Гудков решил в Москву идти ночью, полагая, что у полицая или старосты, кем уж там был этот Федька, его искать не будут.

Решив немного соснуть, он очнулся от ощущения страшной опасности. Было уже совсем темно, и все-таки Гудков разглядел там, у дороги, машину с темными крестами на боках...

"Вот, гадина, - мелькнуло у Степана. - Донес!.."

Из машины вышли какие-то люди - почему-то летом в белых маскхалатах, двое были с носилками.

"Носилки тащут, - удовлетворенно подумал Гудков. - Убитых своих подбирать, знают, что так просто не дамся..."

Отступив метров на триста, он слышал, как суетился Федька, как уверял людей с носилками: "Да здесь он был, здесь! Кто, говорит, в деревне - наши или немцы? Сам я его, конечно, не видел, он сзади был. Поверьте, товарищи..."

Видимо, этим неосторожно сказанным по привычке - "товарищи" - Федька подписал себе приговор. Люди в белом связали его, бросили на носилки. И один произнес: "Галлюцинациус". Наверное, это означало "расстрелять" или "повесить" - Гудков не знал немецкого...

Воспользовавшись суматохой, он выскользнул из сада и двинул к Москве.

На его счастье, машин на дороге не было, да и не могло быть - вся она была в рытвинах, ямах, воронках. Видно, немцы только что тут бомбили...

Он шел всю ночь, а на рассвете залег в придорожном кювете. Справа и слева тянулись колхозные поля. На поле ковырялись несколько стариков и старух.

"Молодежи-то нет совсем, - отметил Степан, - видно, всех в Германию фриц угнал..."

Старики, как и положено настоящим патриотам, оказавшимся под оккупантом, откровенно саботировали: они еле-еле махали граблями, по часу перекуривали, повсюду стояли поломанные - видно, нарочно - трактора и комбайны.

"Молодцы какие, - тепло подумал о них Степан. - Тут, наверное, крепкая подпольная ячейка".

Ночью Гудков опять двинул к Москве. Уже в самом пригороде увидел яркие огни и пошел на них.

"Если фашистские костры для приема диверсантов - гранату швырну", - решил он.

Но огни оказались загородным рестораном. У дверей стоял человек в форме, с генеральскими лампасами на штанах и кому-то объяснял:

- Наших не пускаем - сегодня у нас немцы гуляют...

"Немцы! У самой Москвы! И генерала в плен взяли! Унизили, у дверей шавкой поставили"! - от всего этого Гудкову хотелось разрыдаться.

Он в эту минуту не думал о себе, одна мысль жгла мозг: спасти генерала!

План его был прост, как проста бывает смерть в бою: незаметно подползти, поменяться с генералом одеждой, встать вместо него, а там будь что будет! И сержант пополз...

Он был уже у самых дверей, когда к генералу подошла девушка. Немка? Наша? Девушка заговорила по-русски:

- Привет, папаша...

"Куда ж ты, милая? - в отчаянии подумал Степан. - Куда ж ты в самое логово?! Там же немцы! Эх, надо предупредить..."

- Что за немцы? - спросила девушка.

- Летчики, - чуть слышно ответил генерал в лампасах.

- Ценные кадры, - сказала девушка, - спасибо за наводку...

"Разведчица! - понял Гудков. - Ах ты, мать честная! Ребенок же почти, а какой герой! Не-ет, такой народ на колени не поставишь!.."

Девушка что-то сунула в руку генералу - видимо, шифровку - и смело шагнула внутрь...

Гудков перевел дух. Только что он, решив спасти генерала, чуть было не завалил, видно, хорошо замаскированную сеть советских чекистов!..

Решив больше ни во что не вмешиваться, сержант зашагал к Москве. А в том, что Москва - наша, живет и сражается, он теперь не сомневался.

Было еще не так поздно, двадцать три ноль-ноль, но Москва, как и положено прифронтовому городу, была безлюдна и погружена в полную темноту. Фронт, видимо, был совсем рядом - чем ближе подходил Гудков к столице, тем явственнее слышались автоматные очереди, взрывы, крики людей: "Спасите! Милиция!.." Но милиции нигде не было - наверное, все ушли на фронт...

Но Гудков теперь точно знал, что столица не сдастся!

Стуча сапогами, с гордо вскинутой головой солдат сорок первого года вошел в город со стороны Ленинградского шоссе, прошел по Тверской и вышел на Красную площадь.

И тут его зашатало, и ему нечем стало дышать...

На Красную площадь садился маленький немецкий самолет...

 

Быка за рога...

- Слушай, сынок, - сказал Зевс Гераклу. - Ты не съездишь на остров Крит? Там, понимаешь, огромный бык объявился! Все топчет, всех пугает... А, сынок? Соверши подвиг!

- Какой разговор, батя? Сделаем! - ответил мифический герой. - Но ты мои условия знаешь: сутки - подвиг, двое - дома...

- Хорошо-хорошо. Ты только один не лезь, я тебя знаю. Как говорится, обопрись о народ...

- Да обопрусь, обопрусь! Не волнуйся, старый!

- "Не волнуйся", - Зевс пожевал губами, раздумывая, говорить сыну или нет, а ну как откажется от поездки... Но отцовские чувства взяли вверх, и он все-таки сказал:

- Там, между прочим, такая штука на этом острове...

- Ну какая, какая штука?

- Пугать не хочу, но... в общем, эхо там...

- "Эхо"! - засмеялся Геракл. - Батянь, ну ты еще скажи, чтоб ножки не промочил! Что я, ребенок, чтобы эха пугаться?

- Для меня вы всегда и везде мои дети, - проникновенно сказал Зевс.

- Дети у него везде! - злобно прошипела Гера и швырнула миску с амброзией на стол. - Да уж, "папаша", погулял в свое время!..

У божественных родителей назревал очередной скандал, и Геракл быстренько выскользнул из дома. Он знал, чем кончаются такие разборки. Уже в гавани, всходя на корабль, он увидел, как засверкали молнии, загрохотал гром, заклокотал Везувий...

"Опять мамаша посуду бьет", - покачал головой Геракл и приказал быстрее поднимать паруса.

...На Крит они прибыли в тот же день. Его, сына Зевса, встретила многотысячная толпа.

Без лишних слов Геракл сразу спросил:

- Где бык?

"Где бык... где бык... где бык", - тотчас "заработало" критское эхо. А может, и не эхо, может, придуривались в толпе, повторяя и переспрашивая, не решаясь показать на преступное животное... Еще неизвестно, как все сложится, может, и не победит его Геракл - уж тогда бык вспомнит всех, кто на него настучал...

Гераклу самому пришлось искать этого быка. Собственно, это оказался даже не бык, а так, бычок, которого людская молва раздула до огромных размеров.

- Пошли, ребята! - устремился вперед Геракл, выламывая на ходу огромную дубину из эвкалипта. - Не давай ему уйти! Руби деревья!..

"Пошли, ребята... пошли, ребя-та-а... - понеслось над островом критское эхо. - Руби деревья-я-я..."

Каждый рубил и тащил кто жердь, кто бревно. До бычка оставалось локтей двадцать, когда Геракл вдруг услышал за спиной... стук молотков. Он оглянулся. Островитяне из жердей и бревен сколачивали... трибуну.

Вот на нее взобрался один из аборигенов.

- Друзья! Позвольте мне открыть митинг солидарности с жертвами критского быка! Слово предоставляется знатной куртизанке-текстильщице, обслуживающей двадцать станков...

В громе аплодисментов потонуло ее имя.

- Жители острова Крит! Дорогие мои... критины! - начала куртизанка-текстильщица. - В этот трудный час слова рвутся прямо из сердца! - и достала бумажку с речью. - Мы говорим критскому чудовищу наше решительное "нет"! Ответим на его происки новыми трудовыми... И я в этом году... Еще двадцать станков...

Взметнулись плакаты "Копыта прочь от нашего острова"! Судя по всему, народ расположился тут всерьез и надолго...

Геракл решительно взошел на трибуну.

- Да вы что, ребята? Что вы тут рассусоливаете? Надо ж брать быка за рога!..

"Правильно!.. Быка за рога... рога-а... га-а...", - понеслось над островом.

И началась активная, повсеместная, бескомпромиссная борьба с рогами.

Для начала издали указ, запрещающий пить из рога. Потом подумали и запретили пить вообще...

Резьба по рогу была объявлена пошлостью, а не искусством...

Из древнегреческих фильмов вырезали все сцены, где жены наставляли мужьям рога...

С сухопутных карт исчез древнегреческий город Кривой Рог, отчего враги стали считать его засекреченным...

На звездных картах перестали печатать созвездие Козерога, поэтому мореплаватели стали сбиваться с пути, постылые родственники с соседних островов перестали прибывать и гостить месяцами...

Когда порезали весь рогатый скот и коровы остались без партнеров, на Крите задумались, как пополнять коровье стадо.

Древнегреческие генетики предложили скрестить коров с бабочками. И получилось даже лучше, чем было: теперь коровы летали кормиться в соседние районы, а когда приходило время, они, как бабочки в куколки, сразу свертывались в колбасу...

В рамках борьбы с рогами запретили пьесу Ионесо "Носороги"...

В булочных - как объяснили, по политическим причинам - пропали рогалики...

Геракл обожал рогалики, и тут его терпение лопнуло. Он закричал на весь остров:

- Да вы что, с ума все посходили?! Мы же не с рогами боремся, а с быком!..

"Мы с ума посходили... Мы не с рогами должны бороться... Мы с быком..." - полетело эхо.

Был издан Указ, в котором говорилось об имевших место перегибах, приведших к тому, что многие посходили с ума.

Возникали стихийные, но хорошо организованные митинги, на которых ораторы говорили, что они сошли с ума, но теперь больше не будут бороться с рогами, а все силы бросят на борьбу с быком.

Созвездие Козерога вернули на место. Но сняли с карт созвездие Тельца...

Пьесу "Носороги" разрешили. Но только в Кривом Роге, поскольку его на всякий случай так и не рассекретили...

Рогалики появились, но пропали бычки в томате.

Слово "бык" исчезло не только из лексикона, но и из меню...

Хотели даже переименовать древнегреческий аэропорт Быково, но не могли выбрать момент, поскольку какие-то самолеты всегда крутились в воздухе и они бы не знали, куда сесть. Но число электричек в аэропорт на всякий случай сократили...

Зато теперь каждый мог спокойно взять бюллетень, потому что врачи боялись сказать симулянту "здоров, как бык!".

Геракл был в отчаянии... Проклятое эхо превращало каждое его слово в очередную кампанию... И он, победивший немейского льва и лернейскую гидру, покоривший целую армию амазонок, впервые не знал, что делать...

И он закричал страшным голосом:

- Я, сын Зевса и Геры, запрещаю вам все эти кампании! Хватит!..

"Хватит... хватит компани-ий..." - понеслось над Критом.

Геракл схватился за голову...

Вышел Указ о борьбе с компаниями.

 

Зачитав его на площадях, глашатаи кричали:

- А теперь расходитесь! Расходитесь! Будем бороться с компаниями! Больше двух не собираться!..

Геракл заплакал и пошел обратно на корабль...

Уже в море, видимо от всех этих волнений, ему страшно захотелось есть... Открыл холодильник - пусто...

Геракл прошел на камбуз. Повар Ясон мрачно смотрел на него и что-то жевал...

- Сейчас бы, кажется, быка съел, - сказал Геракл и почувствовал всю нелепость этой фразы.

- Все бы съели. Только его для этого сначала поймать надо, - сказал Ясон, дожевывая золотое руно. - Эх, и зачем только вы кричали: "Хватит кампаний, хватит кампаний..."

- А что такое?

Ясон молча кивнул на огромный замок, украшавший соседнюю дверь. На двери была записка: "В соответствии с Указом о борьбе с компаниями кают-компания закрыта..."

Злой и голодный, Геракл сходил с корабля, пробираясь через толпу журналистов.

- Как вы себя чувствуете?

- Почему так долго?

- Гомер, корреспондент "Афинской правды"... Скажите, вы победили быка?

- Победили, победили, - буркнул Геракл, чтобы отвязаться от назойливого старичка.

И на следующий день газеты пестрели заголовками: "Десятый подвиг Геракла! Критский бык побежден!"

А что Гомер? Он же слепой... Ему что скажут - то и напишет...

Так родился этот миф...

 

Секс по телефону

МОНОЛОГ ВЫПУСКНИКА

"КАЛИНАРНОГО" ТЕХНИКУМА

Сейчас повар, как минер: ошибается один раз... То есть он, может быть, и второй раз бы ошибся, но у него нет такой возможности... Потому что в нашем деле, чтобы ошибиться, нужно иметь продукты, кастрюлю, соль, перец... А где это все на кладбище?..

Раньше ведь, если ошибешься, ну, напишут тебе в жалобную книгу. А теперь в ресторанах книги эти пропали, зато появились малиновые пиджаки. И они чуть что - просто стреляют. Нет, ну не то, что они такие злые, они, может быть, тоже бы в книгу жалоб писали. Если бы умели писать. А так... Они просто никак по-другому свой протест выразить не могут...

И вот я, чтобы не рисковать, решил не варить больше, а только калинарные советы по телефону давать...

Ну, мне быстро телефон поставили. Я на телефонный узел всего два раза ходил. Первый раз пришел, смотрю - им там все чего-то носят. Ну, вроде гуманитарной помощи: кто деньги, кто вещи...

В общем, помогают работникам бюджетной сферы.

И я, когда второй раз пошел, тоже помочь решил - сварил борщ, принес... Они, как борщ нюхнули, говорят:

- Вот и доигрались, вот и к нам киллера прислали... Проси чего хочешь, только душу не губи...

Я говорю:

- Да мне бы только телефон поставить...

И они тут же у кого-то сняли, мне поставили... Только, говорят, это не новый номер, он раньше одной организации принадлежал... И мнутся так, и подмигивают... Я сразу подумал: "Наверное, что-то с разведкой связано". И точно - они говорят: "По этому номеру раньше "секс по телефону" был..."

Тоже мне... конспираторы... Нашли от кого скрывать. Можно подумать, я не знаю, что такое секс. Это цифра шесть на каком-то языке. Это они так, наверное, свои коды и шифровки по телефону передают. Ну там - ван по телефону, ту по телефону... секс, севен...

Только дали мне этот номер - как эти разведчики пошли звонить!

И вот что интересно, я раньше думал, что они в штатском ходят. Нет. Первый же, кто позвонил, стал расспрашивать: какая у меня грудь, талия, длинные у меня ноги или нет. Видимо, для формы мерку снимать...

Причем форма такая необычная. После него другой позвонил, видимо, не знал, что мне еще форму не сшили, и приказывает:

- Надень пояс!

Ну, у меня еще с армии остался такой пояс, знаете, со звездой. Надел.

А он мне:

- Теперь к нему чулки в сеточку и лифчик...

Ну, приказ есть приказ. Одолжил у соседки, надел... Ну, я вам скажу, если это летняя форма, то еще куда ни шло, но ведь зимой в такой холодно. Конечно, может, на зиму они другие лифчики выдают, на каракуле, как папахи...

Но ведь ясно, что такая форма в глаза бросается, что враги посмотрят на меня в колготках и сразу поймут, что я сотрудник ФСБ...

Я ему это хотел сказать, а потом подумал: может, я не прав? Ведь вот я ходил до этого в поварском колпаке, но никому же не приходило в голову, что я готовить умею...

Теперь жалею, что не сказал, может, у них всех этих последних провалов бы не было - вон их сколько в Америке разоблачили, небось, все в лифчиках по ЦРУ и Пентагону ходили...

Конечно, дураки в любом деле есть. Ну вот скажите: зачем разведчику строевая подготовка? Так ведь звонят, говорят:

- Надень высокие сапоги на каблуках, походи, а мы послушаем... Только когда ходишь, обязательно так попкой покрути...

Я даже не стал спрашивать зачем, и так ясно: тренировка, чтоб в тебя не попали, если сзади стрелять будут. Ну, не глупость?

Если силовые структуры такими вещами занимаются, могут они с преступностью справиться?

Бандюги вон совсем обнаглели - уже по телефону грабят...

Мне тут позвонили.

- Раздевайся, - говорят, - снимай все!..

То есть они, видимо, чтоб время не тратить, сначала всех обзванивают, раздевают, а потом просто объезжают, вещи собирают...

Я часа три голый просидел - никто не приехал. Или совесть заговорила, или испугались, узнали, что я из разведки...

Хотя чего им бояться? Они по телефону грабят, а милиция их тоже, похоже, по телефону ловит. Тут один позвонил.

- Ух, - говорит, - я б на тебя сейчас наручники и хлыстом или дубинкой...

Я говорю:

- Это вы номером ошиблись, если дубинкой, это вам не ко мне, это вам в Белоруссию на демонстрацию надо...

В общем, за все время из разведки по делу только один позвонил. Видимо, связник.

Он так и сказал:

- Мечтаю с тобой в связь вступить, но никак не могу дозвониться...

- Конечно, - говорю, - все время ваши, с глупостями...

Ну, этот связник тоже хорош! Помешан на конспирации!

- Ты, - говорит, - спиной повернись, это моя любимая позиция...

Ну, это чтоб лица моего не видеть, чтобы, я так понимаю, если его захватят, под пытками меня не выдать.

И еще.

- Я, - говорит, - буду звать тебя Зиной. Это мое любимое имя...

В общем, дал мне кличку и успел сказать, что если его жена в комнату войдет, он трубку повесит. И повесил. Видно, она как раз вошла, а он ей не доверяет, подозревает, что она на врага работает...

Я даже не успел сказать, чтобы он не волновался в связи с обрывом связи, потому что у меня телефон с определителем номера...

Звоню ему - она подходит. Я говорю:

- Мужа позовите, пожалуйста.

Она:

- А кто его спрашивает?

Ну, я ж не буду говорить, что коллега по разведке, раз он ее подозревает...

И я условным языком, чтоб она не догадалась:

- Это Зина в колготках и лифчике... Скажите, что я повернулась спиной, стою в его любимой позиции и жду звонка...

В общем, заморочил ей голову! Пусть думает, что это просто женщина звонит.

И вдруг слышу она ему: "Получай, изменник!"

Интересный подход, да? Он работает на любимую Родину, она - на Запад, и он еще - изменник!

И тут слышу в трубке какой-то удар! Я, как кулинарный профессионал, сразу определил: сковородкой, тефлоновой, фирмы "Цептер"...

Эта "цептер", действительно, как в рекламе: ее попробуешь - и ничего больше не захочешь. Одного удара достаточно...

В общем, была у меня одна опасная профессия - сменил на такую же...

 

Переписка Славы и Сани...

Саня - Славе

Дорогой Слава!

Пишет тебе Саня Солженицын. Тебя, наверное, удивит это письмо, ведь пишу я с твоей же дачи, из соседней камеры. Жалко, ты никогда не сидел - мы могли бы перестукиваться, а так вот, видишь, приходится писать. Письмо передаю с оказией, с одной вольняшкой, не бойся, она верный человек. Да ты ее знаешь, это Глаша, твоя домработница, а мне она баланду носит... Я что пишу-то? Вот вы вчера с Галей ко мне стучали, а я не откликнулся. Вы за это на меня сердце не держите. Я ведь сейчас над "Архипелагом" работаю, который еще в зоне начал. И мне очень важно снова ощутить ту атмосферу лагерного барака, чтобы единый стиль был. Ну, атмосферу-то я создал - вы, наверное, ее почувствовали, когда к двери подходили, - это я мокрые портянки над лампой сушил...

Я сижу, пишу, можно сказать, в образе зэка, и тут вы стучите - а мне открывать никак нельзя, мне ж по образу свидания запрещены...

Будь здоров, привет всем там, на воле, извини, что коротко, - в лагере с бумагой плохо, пишу на том, что под руку подвернется...

Слава - Сане

Саня! Под руку тебе подвернулась первая часть уникальной симфонии Шостаковича, она в единственном экземпляре, собственно, за ней мы с Галкой и заходили. Странно, нам казалось, мы тебе положили целую кипу чистой бумаги... Прости нас. Видимо, мы забыли. Я стал ужасно рассеян. Вот и виолончель свою третий день найти не могу. Что ты называешь баландой? Тех раков с пивом, которых мы послали? Ты только скажи, что ты хочешь, и мы тут же... Ну, не буду мешать. Желаю успехов. Твой Слава.

Саня - Славе

Слава! Вот ты желаешь мне успехов! А возможны ли они? Вы же, когда звали к себе на дачу, говорили, что будут все условия для работы... И где же они? Как мне сосредоточиться, войти в образ политзаключенного? Что я в окно вижу? Пейзаж, твою мать... Где решетка, где колючка? Где толпы зэков на утренней поверке? Вертухаев нет, собак тоже... Где плакат над воротами дачи "Вошел преступником - вышел честным человеком"?

Не волнуйся, положить кипу чистой белой бумаги вы положили. Но разве на такой я в лагере писал?.. На этой чистенькой у меня не идет ничего... Я привык на клочках, на обрывках, чтоб всегда можно было, если шмон, в матрац спрятать...

Но я не обижаюсь, тем более ты сам говоришь, что стал рассеянный, ничего не помнишь, не можешь найти какую-то виолончель... Ты, кстати, и про парашу ничего не сказал. Я нашел ее, можно сказать, в последний момент. Ну и чудаки вы, музыканты! Надо же даже парашу сделать в виде большой скрипки. Оригинально, только струны мешают. Да и отверстие можно было бы побольше... Я когда к ней подхожу, все время думаю: "Какая же Сталин сволочь! И до иностранцев добрался! Там, на параше, тот, кто раньше на ней сидел, видно, перед расстрелом свое имя выбил: "Гварнери". Наверное, из итальянской Голубой дивизии...

О еде не беспокойся, мне нравится, просто я все баландой называю. А за раков - отдельное спасибо. Вам, простым музыкантам, наверное, это непонятно, но у нас, у настоящих творцов, знаешь как бывает? Мелочь какая-нибудь - а вдруг подтолкнет к чему-нибудь грандиозному. И вот я смотрю на рака, трогаю его панцирь и думаю: "Написать, что ли, "Раковый корпус"?

Ну, всего хорошего, если будешь писать, заложи письмо в хлебный мякиш. Заключенный 18-53, статья 58-я.

Слава - Сане

Саня, спасибо за длинное письмо! Практически здесь вся вторая часть симфонии! Читали твое письмо все вместе - Галя, Глаша, сторож, шофер и два сотрудника КГБ, которых к нам приставили. Глаша за раков немножко обиделась - говорит, что они не мелочь, она их на рынке у спекулянтов покупала... Все твои замечания мы учли, плакат "Войдешь преступником - выйдешь честным человеком" уже повесили. Наш сосед, министр торговли, почему-то перестал к нам заходить... А так у нас все нормально, колючку натянули, вышку построили, Галя купила тулуп и каждое утро будет в нем лазить на вышку с собакой. Ничего, что это болонка? Думаю, ты со своим гениальным воображением легко примешь ее за овчарку. Я имею в виду болонку. Вот она сидит рядом, глаза умные, только что не говорит. Я имею в виду Галю. Она не может говорить, она мякиш жует, чтоб спрятать это письмо. Сейчас ее очередь. До этого его жевали сторож, шофер и два сотрудника КГБ, которых к нам приставили. Оказались такие хорошие ребята! Сами этот батон купили за тринадцать копеек... Только Глаша не жевала - она на тебя дуется...

Саня, завтра с утра посмотри в окно - у нас в шесть будет утренняя поверка. Мы всем телогрейки купили - сторожу, шоферу, двум сотрудникам КГБ. Может, еще Глаша на поверку выйдет, если тебя простит. Народу немного, но ты со своим воображением всегда можешь представить, что это - после амнистии...

Что же касается параши... э, виолончели, думаю, что это - толчок, фигурально выражаясь, толчок к тому, чтобы мне заняться дирижерством. Это судьба, знак свыше. Дирижеру нечего терять, кроме палочки. А с ней что случится? В крайнем случае обтер и дальше...

Ну, заканчиваю, а то большое письмо получится, боюсь батона не хватит... Пиши! Жду от тебя третью часть симфонии, анданте модерато...

Саня - Славе

Как же мы, русские, не ценим себя! Слава, ну какой мудерато тебе сказал, что ты мудерато? Ты - гений!

Так получилось, что я сначала увидел в зарешеченное окно утреннюю поверку и только потом получил письмо.

Видимо, Глаша, не спешила, действительно дулась...

Я посмотрел в окно - и у меня прямо мороз по коже: зэки в бушлатах, какая-то стерва на вышке с собакой... Я понял, что сейчас будет утренний шмон! Крутанулся по камере, вспорол какой-то старый диван... сунул туда свои писульки...

И только когда увидел тебя со смычком вместо автомата и услышал картавое: "Конвой НКВД пгименяет огужие без пгедупгеждения" - я перевел дух. Скажу больше... Знаешь, как это бывает у нас, у настоящих мастеров слова? Вот ты закартавил, а у меня вдруг как будто видение: Ленин! Дай, думаю, напишу - "Ленин в Цюрихе"... Пока еще не все себе представляю... Слава, если не трудно, попроси Галю спуститься с вышки, заколоть волосы назад в пучок, надеть очки минус восемь и прокатиться на велосипеде. Как Надежда Константиновна. А я пока открою краны, сделаю Разлив... Думаю, меня это подтолкнет. Навсегда с вами, ваш Саня...

Слава - Сане

Очень трудно писать в воде... Неужели ты с нами действительно навсегда? Я просто не могу поверить своему счастью... Думаю, и Галя поверить не может, она вот напротив плавает, мычит, кивает головой. Только что не говорит. Она, как ты, наверное, догадался, сейчас мякиш жует. Но не для письма. Она просто ничего другого, кроме мякиша, жевать не может... после того, как в очках Надежды Константиновны с велосипеда упала и выбила зубы...

А что касается дивана, который ты вспорол, не бери в голову, он действительно очень старый, старее не бывает, восемнадцатый век, французское барокко...

Саня, ты даже не представляешь, как все мы тут тебя любим. До такой степени, что готовы, рискуя всем, организовать тебе побег из Разлива. Мы уже плывем к тебе кто на чем - Галя, сторож, шофер. Даже ребята из КГБ. Говорят, черт с ней со службой, пусть нас расстреляют, но сделаем все, чтобы он убежал... Лучше смерть, говорят... Обещают украсть броневик. И у Глаши, как у всех русских женщин, доброе сердце. Вот ты думаешь, она сердится, а она уже пишет тебе "Апрельские тезисы"... Ну, всего тебе доброго. Обезумевшие от горя скорой разлуки Галя Ростропович и Слава Вишневский.

 

Когда спокойны павианы

Раньше, при большевиках, когда Дубов был директором совхоза, на работе у него все было плохо: горел план, вместе с планом горел и Дубов... Но жизнь - весы: зато дома все было в порядке. В том смысле, что всегда можно было вечером надеть лучший костюм, надушиться...

- Ты куда? - спрашивала жена.

- В свинарник, куда же еще! - отвечал благоухающий Дубов и пропадал до зари...

Алиби было стопроцентным: о совхозном свинарнике ехидно писали газеты, и, конечно, жена понимала - свиньи требуют директорского глаза днем и ночью...

Неизвестно, конечно, как бы все обернулось, если бы Дубов действительно ходил по ночам в свинарник, а не к Верочке... Может, свинское дело под его руководством достигло бы невиданных высот... Но что теперь гадать? В свинарнике Дубов не бывал, свиньи дохли, в живых оставался один-единственный поросенок Хрюша, да и тот не совсем в свинарнике, а в пристройке, в телевизоре у сторожа... И Дубова перевели на работу в зоопарк. Тоже, конечно, директором - номенклатура все-таки...

Теперь на работе у Дубова все было хорошо, весело, но жизнь - весы: дома стало не очень, потому что в зоопарке не было свинарника, не было ночных авралов, и под каким предлогом пойти к Верочке было непонятно...

И Дубов сидел вечерами дома, общался с родственниками жены или читал специальную зоологическую литературу для повышения своего зоологического кругозора.

Между тем наступила весна, в зоопарке призывно закричали гамадрилы, кокетливо завертели хвостами крокодилихи, закружились в брачном танце журавли. Самые захудалые птахи и те вили гнезда.

Только Дубов ничего не вил, ни с кем не танцевал, а его призывные крики к Верочке умирали, так и не родившись. Иногда ему казалось, что это он, Дубов, сидит в клетке, а все эти макаки и зебры резвятся на свободе...

В один из таких весенних вечеров Дубов читал интересную специальную книгу из жизни обезьян. "Для павианов, - читал он, - характерна полигамия, многобрачие. Даже в неволе павиан окружает себя несколькими самками..."

Дубов отложил книгу. "Да, - подумал он, - мы прошли большой путь от обезьяны, но кое-что на этом пути подрастеряли..."

Пришли гости. Дальняя родственница жены Клавдия Васильевна, отпетая вегетарианка, принялась подробно рассказывать Дубову про необыкновенные котлеты, которые она научилась готовить из листьев крыжовника.

- Вы себе не представляете, - кричала Клавдия Васильевна, - как этот крыжовник гонит соль из организма!..

Но Дубов совсем не собирался гнать соль, она ему ничего плохого не сделала. Гораздо охотнее он погнал бы саму Клавдию Васильевну... Он почему-то вспомнил другие котлеты, которые готовила Верочка, и ему стало совсем невмоготу. Жалкая надежда на чудо забрезжила в его воспаленном мозгу, и он набрал номер зоопарка.

...В зоопарке укладывались спать медведи, тигры, львы, укладывался спать дежурный зоотехник Савушкин. Он взбил подушку, натянул одеяло и закрыл глаза.

Холостому Савушкину приснилась девушка. Она шла к нему навстречу в каком-то совершенно прозрачном платье. Все ближе, ближе - пять метров, три, два...

- Дзи-инь! Дзи-инь!..

- М-мм! - застонал Савушкин и схватил трубку.

- Ну что, Савушкин, значит, говоришь, с павианами плохо? Надо приехать? - с намеком кричал в трубку Дубов.

- Какие павианы? С чего вы взяли? - пробормотал не способный со сна к телепатии Савушкин. - У павианов все спокойно...

- Вот как? Беснуются, значит? - проклиная тупость Савушкина, продолжал Дубов. - Сейчас приеду!..

- У павианов все хорошо! - заорал в трубку Савушкин, решив, что Дубов его не слышит. - Хо-ро-шо!..

Дубов положил трубку, посмотрел на жену, прислушивающуюся к разговору, и включился в интересную беседу о бифштексах из алоэ...

...На другом конце города Савушкин закрыл глаза. Девушка появилась снова. Теперь она уже не шла, а мчалась навстречу Савушкину в карете, запряженной тройкой рысаков, мчалась, словно боясь, что их снова разлучат, и кучер нахлестывал коней, и звенел колокольчик под дугой у сыпавшего клочьями пены коренника: "Дзинь-дзинь-дзинь!"

Дзинь-дзинь-дзинь!..

Савушкин снял трубку и сжал ее, как сжимают горло врага.

- Это хорошо, что у павианов все спокойно, - услышал он молящий голос Дубова, - но меня больше бегемот волнует. Как он там? Это самое... не отелился?

Савушкин не понимал, почему должен был отелиться самец-бегемот, к тому же тридцати двух лет отроду. Но начальство есть начальство. И, в душе матеря Дубова, Савушкин ответил ровным голосом:

- Нет, не отелился. Вы не волнуйтесь, если что - я позвоню...

Он закрыл глаза и тотчас увидел девушку. Она была совсем рядом, он уже чувствовал горячечное дыхание ее губ. Вдруг девушка нажала на кончик его носа и, смеясь, сказала: "Дзи-и-нь!"

Упрямо не открывая глаза, Савушкин нашарил трубку:

- Что с тобой, милая?

- Это ты мне, Савушкин? - спросила девушка голосом Дубова. - Спишь, что ли, дежурный?

- Как можно, что вы!..

- Слушай, а как там эти... коалы? - тоскливо спросил Дубов. - Я вот сейчас в литературе прочел, что они жутко капризные. Может, мне приехать, а?

- Да вы что? Нет у нас никаких коал и сроду не было! Не приживаются они...

- Это почему же? - голос Дубова посуровел.

- Жители Австралии. Им наши условия не нравятся...

- Ах, условия им не нравятся! - в эту минуту Дубов просто ненавидел тупицу Савушкина, свою подозрительную жену, но больше всех он сейчас ненавидел этих выпендривающихся коал. - А я тебе говорю, Савушкин, что живут в нашем зоопарке коалы! Понял? Жи-вут! И им у нас очень нравится! Просто они про это не говорят, потому что очень стеснительные...

- Так точно, - устало сказал Савушкин. - Коалы у нас живут...

- Вот, - обрадовался Дубов. - И мне сейчас придется приехать, потому что я очень опасаюсь за их будущих птенцов. Сможет ли коала-мать сколько надо усидеть на яйцах?..

- Во-первых, яйцами они не размножаются, - неожиданно для самого себя мрачно сказал Савушкин, - они живородящие, я против науки не пойду... А во-вторых, не будут они в неволе детенышей заводить, даже если вы меня уволите!..

Дубов устало положил трубку. Похоже, никуда ему сегодня не выбраться.

...Во сне у Савушкина тоже все складывалось не совсем удачно. Девушка появилась снова, но теперь она никуда не бежала, а, обиженно отвернувшись, одевалась. Савушкин просил прощения, вставал на колени, обещал выброситься из окна или войти в клетку к тигру.

Наконец она повернулась к Савушкину.

- Дзи-инь! Дзи-инь!..

- Да! - рванул трубку Савушкин. - У коалы родился мальчик! Три пятьсот? Вы папа? Поздравляю...

- Шутишь? Нет, ты мне скажи, Савушкин, - задумчиво произнес Дубов. - Вот коалы эти... Почему же они не размножаются в этой самой неволе? Кто им мешает? По параллельной трубке их никто не подслушивает, договаривайся с кем хочешь, приводи к себе в клетку и... Почему, Савушкин?

- Потому что им все время звонят! - закричал Савушкин, перегрызая провод.

Шатаясь, он побрел по ночному зоопарку, нашел свободную клетку, вывел на табличке: "Коала - сумчатый медведь" и забрался внутрь. Обнюхав все углы, Савушкин наконец нашел местечко, лег, свернулся калачиком и, поскуливая, заснул...

Ему снилась несущаяся навстречу самка-коала...

 

Мустанг

Еще не вставало солнце над прериями, еще посапывали жеребцы в коралле, еще не седлал старший ковбой свою любимицу кобылу Долли, когда за тысячи миль от Дикого Запада в Горпроекте пронесся с быстротой летящего лассо слух о смене начальства...

Степан Гудков стоял, чуть побледневший, широко расставив ноги в потертых джинсах, и курил. Он не замечал устремленных на него взглядов. Как всегда, когда предстояло крутое дельце, он весь уходил в себя, вспоминая прошлое...

А ему было что вспомнить. О его умении укрощать начальство ходили легенды. Их было восемь на памяти Гудкова, восемь директоров, восемь необъезженных "темных лошадок". И каждый новый, едва войдя в директорское стойло, еще не подходя к кормушке, первым делом норовил сбросить Гудкова с должности, затоптать своими копытами...

Что происходило там, за дверьми директорских кабинетов, в точности известно не было, поговаривали, что это было похоже на какое-то родео... Твердо известно было только одно: директора, словно завороженные Гудковым, быстро теряли свой дикий нрав, мирно пощипывали зеленых сослуживцев Гудкова, тех, что помоложе... А он, не выпустивший за десять лет работы ни одного проекта, так и оставался в своем старом добром седле инженера-проектанта.

Мистика? Колдовство? О нет! Человек в джинсах не верил ни в черта, ни в амулеты! Только расчет! Первый начальник Гудкова сбросил трех отчаянных молодцов с обветренными от бесконечных прогулов лицами. Гудков удержался: стал болеть за любимое начальником "Динамо". Со вторым он болел за "Спартака", а когда этот второй покинул высшую лигу номенклатуры, стал болеть с третьим...

Гудков умел многое такое, что не снилось даже огрубевшим в прериях ковбоям. Кто из них, способных по ржанью пегой кобылы определить, насколько разбавлено пиво в таверне "Лошадиный зуб", мог, так же, как Гудков, вдруг, с ровного места, превратиться в страстного филателиста или любителя бега трусцой, в зависимости от вкусов начальства?

Кто из ковбоев мог так же, как Гудков, примчать директору ящик пива жарким днем, ловить с ним холодной зимой рыбу или осенью женихов для перезрелой директорской дочки?

Кто еще был таким же метким и мог, прицелясь иголкой в угольное ушко, вышивать крестом вместе с женой директора?

Кто еще был таким же сильным и мог закатывать по сто банок в день вместе с директорской тещей?

Но схватка, что предстояла ему сейчас, была ни на что не похожа. У новенького, кажется, не было решительно никаких побочных интересов! Даже место молоденькой грудастой секретарши заняла старушка, работавшая еще с Лениным! Было больно смотреть, как она поднимала телефонную трубку двумя сухонькими дрожащими руками...

Вот почему был бледен сейчас Степан Гудков. Вот почему, когда настал час родео, десятки злорадных сослуживцев устремились к замочной скважине в двери директорского кабинета. И топот их ног напоминал гон дикого табуна...

Директор посмотрел на Гудкова бешеным взглядом мустанга, потянул ноздрями воздух и поднялся из кресла на ноги. Мышцы Степана напряглись.

- Где проект? - спросил мустанг, нетерпеливо перебирая бумаги.

Осторожно, следя за каждым движением противника, стараясь не вспугнуть, Гудков, словно дуло винчестера, протянул вперед рулон.

Мустанг дернул шеей:

- И это жилой дом? Ни окон, ни дверей! Не дом, а огурец!

Гудков напружинился, готовый отпрыгнуть в любую секунду:

- Ваши ассоциации мне понятны. Вы, видимо, тоже консервированием огурчиков увлек...

Мустанг взвился на дыбы:

- Еще раз спрашиваю - где окна?!

Вот она, смертельная секунда! Ошибись - и затопчет! Затопчет! Уже чувствуя разгоряченное дыхание мустанга у себя над ухом, Гудков произнес:

- Ну, забыл... Такое горе ведь - "Спартачок"-то наш...

И снова ошибка! Мустанг пошел кругами вокруг стола, выплясывая какой-то дьявольский танец смерти:

- Прекратите делать из меня папуаса! Я в последний раз...

Но Гудков не дрогнул. Восемь лет езды на директорских шеях - это что-нибудь да значит!

- Вы о каком папуасе? С марки Новой Гвинеи? С бубном в зубах? Я ведь, знаете, тоже увлекаюсь филат...

На губах мустанга появилась бешеная пена.

- Довольно! Вот ручка, бумага, пишите заявление!

Прыжок - и Гудков почувствовал себя на коне:

- Понял! Будем играть в слова? Пишу: "за-яв-ле-ние". Посмотрим, кто больше составит... Так, "вал", "зал"...

Грудь мустанга заходила часто-часто... Он иноходью побежал вокруг стола, а человек не давал ему опомниться, он словно слился с иноходцем, шел за ним след в след модной трусцой...

- Так, хорошо, следим за дыханием...

Обессиленный мустанг рухнул в кресло, удары стреноженного сердца гулко отдавались в тишине...

- Сердечко-то болит? - участливо поинтересовался Гудков.

Мустанг устало кивнул седеющей гривой.

"Значит, проходит вариант "Здоровье"", - подумал Гудков.

- Да-а, у меня ведь тоже... У вас под левую лопатку отдает?

Мустанг снова кивнул.

- И у меня отдает...

Мустанг совершенно человеческим взглядом с интересом посмотрел на Гудкова:

- А вы что принимаете?

- А вы?

- Я...

- Да что вы! А я...

Спустя час качающейся походкой ковбоя Гудков вышел из кабинета. Он был без хлыста, крупные капли пота блестели на лбу. Десятки пар глаз смотрели на него...

Гудков с отвращением выплюнул таблетку валидола.

- Ну как? Как он? - обступали его сослуживцы.

Гудков показал большой палец.

- Вот такой жеребец! Будем дружить! - коротко бросил Гудков и пошел к своему кораллю на третьем этаже Горпроекта...

 

День открытых дверей

Она поняла, что ей не поспеть... Ветер бил прямо в лицо, тяжелые сумки с продуктами оттягивали руки, а до троллейбуса было еще метров восемь, не меньше...

Маша представила, как в этот момент следит за каждым ее шагом водитель: припав, как к прицелу, к своему зеркальцу, держа ногу на гашетке, готовый захлопнуть двери прямо перед носом, насладиться молящим взглядом и рвануть с места, победно урча мотором...

Но Маша тоже не вчера родилась на свет. Стараясь не смотреть в соблазнительно распахнутые двери троллейбуса и сдерживая шаг, она всем своим видом показала, что вовсе не спешит и ехать никуда не собирается, а просто прогуливается с двумя тяжеленными сумками...

Двери оставались открытыми.

Уже поравнявшись с ними, Маша не сделала последнего возможного просчета, не повернулась к дверям лицом, а, никак не раскрывая своих намерений, как шла, так, боком, и вскочила на подножку!..

Только удобно устроившись на сиденье, она позволила себе с мстительной улыбкой взглянуть в водительское зеркальце, ожидая увидеть растерянное лицо побежденного.

В зеркале отражались грустные глаза молодого человека.

"Что, съел? - мысленно сказала ему Маша. - Не грусти! Ишь, расстроился, что дверью не прищемил..."

Троллейбус лязгнул дверьми, как голодный волк пастью, и затрусил к следующей остановке.

Двери открылись, и двое за Машиной спиной заспорили: с какой скоростью должен был бы бежать едва видневшийся на горизонте дедушка, чтобы успеть коснуться уходящего троллейбуса.

И тут произошло настоящее чудо: двери оставались открытыми до тех пор, пока растерянный старичок, нервно крестясь на репродуктор, не вошел в салон.

Двое за Машиной спиной решили, что водитель просто пьян. Здоровенный парень, повернувшись с сиденья "для детей и инвалидов", предположил, что дед - водительский знакомый, родственник или сосед. Кто-то заспорил, утверждая, что их троллейбус, наверное, снимают скрытой камерой для выпуска новостей, а водила про это узнал...

Тут человек за рулем сделал что-то такое, отчего стоячие пассажиры посыпались горохом к двери его кабины.

"Надо же, доброты свой стесняется, грубость напускает", - тепло подумала Маша и снова, теперь уже с интересом, посмотрела в зеркало водителя. Его глаза были по-прежнему грустны. Со своего места Маша видела руки водителя и почему-то решила, что руками он похож на Алена Делона...

Она давно уже пропустила свою остановку и сидела, прислушиваясь к ударам своего сердца, в которое, шурша троллейбусными шинами, вкатывала любовь...

На очередной остановке двери снова помедлили, впуская запыхавшуюся блондинку. "Красивая", - недобро подумала Маша. Так вместе с любовью пришла к ней и ревность.

Но водитель, к Машиной радости, похоже, никак не реагировал на блондинку. Глаза его были по-прежнему грустны.

- Имеются абонементные книжечки, - сказал он в микрофон.

"По-моему, он со мной заигрывает", - подумала Маша.

В этот момент блондинка, протягивая деньги, рванула к кабине:

- Мне, пожалуйста, три...

- А мне четыре, - с вызовом сказала Маша и тоже протянула деньги водителю. На секунду их руки встретились.

- У меня для вас только две книжечки остались, - виновато сказал Маше водитель, - но если вам очень надо, мы можем встретиться вечером, я еще две принесу...

- Соглашайтесь, девушка, - криво усмехнулась блондинка, - это ведь такой дефицит...

Видимо поняв, что ей тут ничего не светит, блондинка сошла на следующей остановке.

А Маша поехала до конечной, и троллейбус, послушный водителю с грустными глазами, еще долго кружил по улицам, и двери его не спешили захлопнуться перед запыхавшимися людьми.

...Они встретились вечером и долго ходили, и даже целовались два раза, но глаза его были по-прежнему грустны.

- Почему ты такой грустный? - наконец спросила Маша.

- Да на работе не ладится, - ответил он. - Что-то двери барахлить стали, плохо закрываются...

 

Кусок таланта

Писатель Ларин летел на своем атомном "Звездорожце" и думал о том, что жизнь не сложилась... Нет, по обычным житейским меркам все у него в норме. Вот они, внизу - два многоэтажных писательских дома с подземными гаражами для геликоптеров и ракет. И стоят удобно - до ближайшей булочной всего пятнадцать минут лета... И квартира хорошая, и жена симпатичная, и дети... Но разве только этим живет истинный художник? А вечные мучения, а борьба?

...В доме напротив, окно в окно против ларинской квартиры, жил писатель Фоменко. И не просто жил, а все время что-то писал, писал... На Ларина, которому уже года два ничего нового не лезло в голову, это очень действовало...

Сзади мигнул фарами огромный звездолет, прося уступить дорогу. Ларин не уступил, прибавил ходу. Он не любил, когда его обходили, всегда и во всем он должен быть первым...

Писатель Ларин не завидовал писателю Толстому, писателю Чехову - те были далеко, в другом измерении. Он завидовал писателю Фоменко. Этот был рядом, в доме напротив, был, казалось, сделан из того же теста, что и сам Ларин, был, что называется, ему по плечу и все-таки... чуть впереди. Но, казалось, прибавь чуть-чуть, придави педаль и обойдешь, оставишь сзади, как тот огромный звездолет...

Но не получалось. Когда Ларин выпустил первую книжку, у Фоменко уже было две. Когда Фоменко уже показали по телевизору, да еще крупным планом, Ларин только мелькнул на экране в общей писательской группе и еще стоял с краю, в общем, если по-честному, хорошо видна была только часть уха.

Ларин не мог забыть, как пару лет назад прилетел отдыхать на Марс, в писательский Дом творчества. Путевки не было, летел на авось. И надо же! Перед ним к окошечку администратора подошел Фоменко, у которого - Ларин знал это точно! - тоже не было путевки. На Фоменко был адидасовский спортивный скафандр, поверх шлема - темные очки...

Администратор, как всякий марсианин, умевший принимать форму любого предмета, увидев приближающегося человека, уже начал было превращаться в табличку "мест нет". Но тут Фоменко чуть-чуть приподнял свои очки, небрежно бросил администратору: "Узнаете?" И тот вдруг поплыл, потек, заискрился всеми цветами радуги и предстал Людмилой Гурченко, от которой Фоменко всегда был без ума...

- Как же, как же! - обворожительно улыбнулась Гурченко и шутливо погрозила пальчиком. - Вы уж нас, марсиан, совсем за провинциалов держите! Что ж мы - телевизор не смотрим. Люкс для вас готов, господин Фоменко! Как вы любите - с видом на каналы...

Ларин подошел следом, повернулся к Гурченко тем самым ухом, которое показали по телевизору, и спросил:

- Узнаете?

- Как же! - сказала Гурченко. - Как не узнать? Это ваши уши были в рекламе эпиляторов? Мол, удаляем волоски и совсем не больно?

Ларин почувствовал, как и это ухо, и то, которое не показывали по телевизору, заливает краска стыда.

А администратор, не дожидаясь ответа, уже быстро превращался из Гурченко в картину Репина "Не ждали"...

Сейчас, вспоминая все это, Ларин чуть было не пролетел мимо любимого "Астронома", куда жена послала его за сыром. Когда-то это был обычный "Гастроном", но неоновая буква "гэ" как-то сгорела, и власти, чтобы не ставить новую, решили просто подкинуть в продажу всякие космические штучки. Так бывший "Гастроном" получил свое новое звездно-романтическое название...

И вот сейчас Ларин чуть не пролетел мимо. Он резко снизился, посадил свой "Звездорожец" на стоянку, снял и спрятал в салон, чтоб не стащили крылья и щетки. Запирая машину, снова подумал о Фоменко: у того был фирменный "Жигулет" с фотонным двигателем...

В "Астрономе" была очередь. Ларин встал, спросил последнего. Последним оказался старый человек в линялом военном френче.

- А за кем держитесь? - спросил Ларин.

Бывший военный держался за немолодой женщиной. Держался плотно, уставясь ей в прическу, какие носили много лет назад - такой венок из одуванчиков, ну, если бы, конечно, одуванчики росли седыми... Было видно, что от скуки или еще почему, но ему очень хочется поговорить с женщиной. Он кашлял, дышал ей в затылок, потом набрался смелости и сказал:

- Извиняюсь, гражданочка, вот смотрю на вашу авоську... Где вы такие свежие метеориты брали?

- Господи, да они тут на каждом шагу. - Женщина с интересом посмотрела на военного, спросившего такую глупость. - Ими очень хорошо плиту чистить...

- Да что вы говорите? - удивился военный, драивший плиту такими же метеоритами каждый божий день. - И как же вы это делаете?..

Ларину стало скучно, он прикрыл глаза, задремал. В последнее время он как-то не высыпался. Вечерами сажал детей себе на колени, рассказывал на ночь самодельные сказки. В них Фоменко-яга летал в ступе, а Фоменко Бессмертный похищал Василису Прекрасную. Дети засыпали. А Ларин, рассказывая эти сказки, так возбуждался, что потом долго-долго ворочался без сна, потом забывался, и всякий раз ему снился Фоменко в гробу... Но сон был всегда какой-то короткометражный, как веселый мультик, часа в три ночи Ларин просыпался окончательно...

Еще с закрытыми глазами он вставал, на цыпочках подходил к окну, осторожно открывал глаза, сначала один, потом другой, словно боялся спугнуть какую-то неясную надежду, но, увы, в окне напротив он всегда заставал одну и ту же картину - Фоменко работал! В три ночи!

Там, у себя, Фоменко шагал по кабинету и что-то диктовал, диктовал своей резиновой секретарше... У Ларина тоже была такая. Ну, не такая, конечно, подешевле. У Фоменко была самая современная модель - роскошная блондинка. Такая, если ненароком ущипнуть ее за резиновую попку, могла произнести целую сложную фразу: "Ну зачем вы, Степан Петрович, а если жена войдет?" Секретарша Ларина была совершенно лысой, а при нажатии на ее коленку только шамкала беззубым ртом: "Куды лезешь, старый козел?"

...Но Ларин, подремывая сейчас в очереди за сыром, понимал, конечно, что завидует он вовсе не секретарше, а фоменковскому таланту. "А мне вот бог не дал, а в магазине его не купишь", - подумал он.

Сквозь полудрему слышались голоса покупателей.

- Мне, доченька, - просил старческий голос, - полкило сыра "Здоровье" и грамм двести "Костромского антисклерозного".

- Взвесьте мне кило "Антиревности"! - гудел какой-то мужчина. - Положу своей дуре на хлеб вместо "Российского", а житья не стало...

Кто-то попросил сыр "Мужество".

- Сколько? Грамм двести? Он дорогой...

- Да что вы! "Двести"... Куда мне? Грамм пятьдесят: только пожевать и начальнику разочек в морду двинуть...

Пожилой военный, стоявший перед Лариным, взял сыр "Снайперский" для остроты зрения, женщина с прической из седых одуванчиков глянула на военного и попросила сыр "Привлекательность". Ларин приоткрыл глаза и увидел, как женщина тут же отщипнула от своего куска и теперь быстро жевала...

- Так. Вам? - спросила Ларина продавщица.

- А сыра "Талант" нет у вас? - горько пошутил Ларин.

- Не слыхала даже. "Швейцарский" брать будете?

Тут Ларин почувствовал толчок в бок, оглянулся и увидел какого-то мужичка, знаками выманивавшего его из очереди. От мужичка сильно попахивало "Особой галактической"...

- Тебе, что ли, "Талант" нужон? - спросил мужичок. - Есть один малый на Альфа-баране. Он такой сыр гонит. На бутылку дашь - я тебе адресок кину...

Ларин сам не понимал, почему сразу поверил, захотел поверить мужичку, почему помчался в "Звездорожце" на далекую звезду - но все оказалось правдой.

Представитель частного сектора, малый с Альфа-бараны, лицом похожий сразу на обоих братьев Гримм, действительно гнал "талант" из сбродившего овечьего молока, сбивал его в сырообразную массу, быстро твердевшую в небогатом кислородом воздухе планеты...

Дальше все было, как во сне. Ларин не помнил, как запихивал кругляк сыра в багажник своей ракеты, как добирался до дома...

Пройдя в кабинет, задвинул в угол секретаршу, выпустил из нее воздух, победно посмотрел в окно напротив, лично сел за компьютер и развернул свою добычу.

Запаха никакого. Отщипнув крошку, кинул в рот, пожевал... На вкус талант оказался горьким, похожим... Он так и не успел осознать, на что похож вкусом талант: в голове зашумело, мысли смешались...

Ларин вдруг с удивлением как бы со стороны увидел свои руки, выстукивающие на клавиатуре название рассказа - "Очередь". Он ощутил, что думает о том пожилом военном из очереди и его случайной собеседнице с метеоритами в авоське. Неожиданно придумалось, что отставник в старом кителе очень одинок, что, получив в сорок третьем последнее письмо от любимой девушки, остававшейся в Ростове под немцами, он до сих пор ждет чуда. И вдруг здесь, в очереди, он вдруг узнает эту косу, уложенную вкруг, как венок из одуванчиков... Через минуту отставник поймет, что ошибся. Но не будет у него больше сил ждать и переживать вот такие же ошибки. И Ларин поманит его соломинкой надежды, за которую тотчас схватится человек в кителе: а вдруг повторится то прекрасное, что уже было однажды с другой, но очень похожей женщиной? Да! Вдруг повторится? И вот они уже идут вместе по улице, отставник и его новая знакомая...

Военный сейчас был полностью в его, Ларина, власти, во власти его таланта. И можно было помиловать отставника, одарить военного, может быть, последним счастьем в жизни...

Но горчило на языке. И руки отстучали приговор: соломинка надежды на счастье обломится тогда, когда уже ничего нельзя будет поправить. И ларинский отставник, умевший разгадывать хитроумные ходы военных своих врагов, умевший сокрушать их обороны, умевший в отчаянном рывке выводить своих солдат из клещей и котлов, - не сможет выскользнуть из своего последнего окружения...

Рассказ "Очередь" сразу сделал Ларина популярным. Его перевели на языки народов мира, ввели в школьные хрестоматии. Телевидение, радио, пресса...

О Фоменко все вскоре забыли. Забыл о нем и Ларин. Он даже перестал смотреть в окно. С утра до вечера Ларин шагал по кабинету, диктуя своей новой резиновой блондинке. Печатая, она все время переспрашивала, потому что не все могла расслышать: Ларин диктовал с набитым ртом - он все время жевал свой сыр...

Вскоре появились повесть "Очередь", роман с тем же названием, опера, балет...

Но таланта оставалось все меньше. Ларин снова слетал на Альфу-барану, но оказалось, что там начались экономические реформы, гениального сыровара задушили налогами, он ушел в торговлю и челночничал, летая с планеты на планету. Поймать его было нельзя.

А тот кусок, что еще оставался, как ни заворачивал его Ларин в фольгу, как ни прятал в морозилку, - стал припахивать. А это не могло не отразиться на творчестве.

Морщась, зажимая нос, Ларин сделал еще многосерийный фильм "Очередники тоже плачут", но особого успеха уже не было...

Впрочем, по-настоящему беспокоило Ларина не это. Известности и денег у него еще было вдоволь. Но исчезло что-то другое...

Ларин подошел к окну, задумался. До Толстого и Чехова ему было так же бесконечно далеко, как и прежде, а этот... как его? Кажется, Фоменко? Был теперь бесконечно сзади. Да и жив ли?..

Ларин раздвинул шторы и увидел там, в окне напротив, прилипшего к окну человека, с завистью смотревшего прямо на него. То есть отсюда, метров с пятидесяти, Ларин, конечно, не видел выражения глаз Фоменко. Но точно знал: тот смотрит именно с завистью!

И Ларин вдруг понял, чего ему, Ларину, теперь не хватает. Он вспомнил свою зависть к сопернику и сладкую жалость к себе, вспомнил свои горячечные сны и сказки про летающего на метле Фоменко. Тот был для Ларина пусть крохотным, но маячком в жизни, буйком на море, до которого вполне можно было доплыть. Теперь маячок был сзади, и неизвестно стало, куда плыть, и пусто стало в пространстве.

Смешно сказать, но теперь Ларин завидовал... фоменковской зависти!..

Ларин вынул из морозилки заветный сверток, развернул фольгу, обрезал подсохшие куски, вздохнул: таланта оставалось совсем мало.

Быстро накинув пальто, чтобы не передумать, Ларин вышел из подъезда, вошел в дом напротив, поднялся на третий этаж, нажал кнопку...

Фоменко сам открыл дверь.

"Видимо, секретаршу сдал в комиссионку, совсем плохо с деньгами", - с завистью подумал Ларин.

- Из профкома писателей просили вам передать, - сказал Ларин и протянул сверток.

- Что это?

- Сыр. Просто сыр. Мы помощь оказываем тем, кто сегодня в трудном положении...

Когда вскоре после длительного затишья вышел новый рассказ Фоменко, Ларин впервые за долгое время не спал всю ночь. Он забылся только к утру.

Ему снился Фоменко Горыныч...

 

Мутант

- Сэр, - сказал помощник Президента, - газета из одной шестой части света. Обратите внимание на эту заметку, сэр...

Президент удивленно поднял глаза. Одна шестая часть света уже давно никого не интересовала: после очередной короткой оттепели там снова наступил застойно-ледниковый период... Пожав плечами, Президент углубился в газету. Там, под рубрикой "Это интересно", какой-то врач "неотложки" рассказывал об интересном случае из своей практики: неделю назад он по ошибке вкатил некоему Гудкову укол, совершенно забыв, что перед этим колол тем же самым шприцем больного СПИДом. Какого же было удивление врача, когда выяснилось, что Гудков остался абсолютно здоров...

Президент в сильнейшем волнении отбросил газету. СПИД... Ничто так не беспокоило его народ. Миллионы долларов, десятилетия исследовательской работы, а вакцины все не было. А эти тихушники ее там, видимо, нашли. У их людей иммунитет. "Этот - как его, Гудков? - должен быть у нас", - подумал Президент. - "Женим его на американке: пусть плодятся, как кролики. Мы выведем новое поколение американцев - устойчивых к СПИДу!"

Он потянулся к красному телефону - "горячей линии", соединяющей Белый дом с одной шестой частью света.

- Но, сэр, эта линия не работает, - развел руками помощник. - В ЦРУ считают, что у них там голод...

- При чем тут голод? - раздраженно спросил Президент. - Какое отношение голод имеет к телефону?

- В ЦРУ считают, что они там съели свою часть кабеля...

- Судя по этой заметке, у нас в ЦРУ работают идиоты! - вспылил Президент.

Он еще помнил, как полвека назад ЦРУ также талдычило, что в одной шестой части света разруха, все в лаптях и вдруг - как гром среди ясного неба - спутник...

- Готовьте самолет, - приказал Президент.

В Домовнуково он прилетел глубокой ночью, его самолет еле сел: на аэродроме была полная тьма, даже сигнальные огни не горели...

- О, сколько лет, сколько зим! - услышал он голос Руководителя одной шестой части света. - Кого я вижу!..

Сам Президент никого не видел. О чем тут же и сказал:

- А я вижу одну шестую часть света во тьме...

- Ха-ха-ха! - рассмеялся Руководитель. - Вы видите ее во тьме? А я - в огнях электростанций!

"Какие огни? Какие электростанции? - подумал Президент. - Он сумасшедший, у него галлюцинации..."

- Приезжайте к нам через десять, нет, через двадцать лет, - добавил Руководитель, - и вы не узнаете одну шестую часть света!

На ощупь они сели в автомобиль, куда-то долго ехали. В пути Руководитель жаловался, что у них плохо с бензином, приходится ездить черти на чем.

"Говори-говори, - думал Президент, - даже дети знают, что у вас крупнейшие запасы нефти..." Он присушался. Мотора даже не было слышно, что говорило о высокой марке бензина. "Девяносто пятый или даже "экстра", - подумал Президент, - а все прибедняются..."

Но пока ехали - рассвело. И Президент вдруг увидел прямо перед машиной спины чекистов из охраны Руководителя - они тащили лимузин на нейлоновом тросе...

"Не соврал, действительно черти на чем ездят", - улыбнулся про себя Президент.

- Ну, - спросил наконец Руководитель. - так с чем пожаловали?

- У нас просьба, - заискивающе улыбнулся Президент. - Не могли бы вы одолжить нам своего Гудкова...

- Какого Гудкова? - не понял Руководитель.

Президент показал газету.

- А-а, - сказал Руководитель, - этого, что ли? А я думаю: "Какого Гудкова?" У нас же таких Гудковых - море...

- Значит, я был прав: вы создали вакцину...

- Да ничего мы не создали, просто... Вот вы ругаете коммунистов, а при их власти вывелось целое поколение, устойчивое к любой дряни...

- К любой дряни? - в замешательстве переспросил Президент.

- Ну, конечно! Люди десятки лет ели хрен знает что, лечились кое-как, дышали всяким дерьмом, и вот в результате эволюции выжили те, кого никакая зараза не берет...

- Никакая зараза?! - Президент схватил Руководителя за руку. - Господин Руководитель, умоляю! Дайте нам Гудкова...

- Да что вы с ним делать-то будете?

Потупясь, Президент рассказал о своих планах.

Руководитель рассмеялся:

- Это вроде быка-производителя, что ли? Ладно, берите...

Вскоре Гудков уже летел над океаном к своему новому месту работы. В его жизни, как, наверное, в жизни любого мужчины, было несколько романов. Но все это было так, любительство... Теперь ему предстояла жизнь профессионала.

И он летел, чувствуя себя русским хоккеистом экстра-класса, согласившимся играть за канадскую команду. Таких хоккеистов на родине не забывали и всегда ревниво интересовались друг у друга: "Ну, как там наш Паша? Сколько забросил? Один или с партнерами?"

Вот так и Гудков, подремывая в самолете, представлял себе, как под рев трибун, под вспышки блицев выходит в шлеме и щитках на встречу с очередной американской красоткой, а в это время на родине, в одной шестой части света, прильнув к радиоприемникам, болельщики переспрашивают друг друга: "Ну, как там Гудков? Сколько забросил? Один или с партнерами?"

...Увы, в жизни часто получается немножко не так, как рассчитываешь...

Его поселили в шикарном доме, познакомили с шикарной женщиной. И в первый момент все пошло как будто по плану - Гудков бросился на нее, сорвал платье, поднял на руки, понес к кровати и... на этом все кончилось...

Увидев, словно впервые, великолепную кровать, дорогие напитки на столике рядом, картины в золоченых рамах по стенам - Гудков растерялся, увял, забился в угол...

Президент, подглядывавший в замочную скважину, с досадой топнул ногой:

- Вызовите к нему психоаналитика...

После часа вкрадчивой беседы с Гудковым все стало ясно: непривычная обстановка.

- Понимаете, я всю жизнь в коммуналке, стены тонкие, к тишине не привык, у меня там всегда унитаз шумит, вода из крана капает, за стеной или дерутся, или пьют, или советы дают...

- Советы дают? Соседи? - удивился психоаналитик. - Они что, вас видят?

- Ну да. Я же говорю - стены тонкие... А у вас - черти что: кровать не скрипит, картины в золоте... Чужие они... Я привык, чтоб надо мной вот это висело, - Гудков вынул из сумки фотографию какого-то матроса в рамке...

- Кто это?

- Матрос первой статьи Гудков...

Помощник Президента, дежуривший вместе с ним у замочной скважины, шепнул:

- Мы проверяли: это его прадед, служил на броненосце "Потемкин", получив на обед борщ с червями, не стал возмущаться, как другие, а молча съел и сказал: "Большое спасибо". Поэтому в отличие от тех, кто поднял восстание, остался жив и положил начало роду Гудковых...

- Борщ с червями! - прошептал Президент. - Значит, этот Гудков действительно мутант... Сделайте, все, как он просит!..

Сутки ушли на то, чтобы найти в Америке скрипучую железную кровать. Наконец ее купили у какого-то эмигранта за сумасшедшие деньги...

Еще сутки приглашенные из одной шестой части света маляры и сантехники делали ремонт в апартаментах.

Четыре дня отлаживали специальную компьютерную программу...

Наконец через неделю эксперимент по выведению породы американцев, устойчивых к СПИДу, возобновился.

В восемь сорок пять утра Гудков сорвал пуговицы с одетой в телогрейку американки и потащил ее в спальню на железную кровать.

От первого же скрипа сработал звуковой датчик, дал команду на ножку кровати, она подломилась точно так же, как в родной гудковской коммуналке, и он вместе с дамой сердца оказался на полу.

Датчик давления, установленный под кроватью, послал сигнал на магнитофон. Тотчас послышались записанные на пленку голоса артистов:

- Васья, дафай выпьем!

- Дафай! Если ты меня уважайт.

- Я тебья ноу уважайт...

Эта фраза была сигналом для двух боксеров-профессионалов, ожидавших за стенкой: они тотчас стали лупить друг друга, один швырнул другого головой в стену...

Датчик, смонтированный в стене, сработал, послал импульс в специально совмещенный санузел: тотчас зашумел унитаз, закапала вода из крана...

Другой боксер полетел головой в стену, проломил дыру и с интересом уставился на барахтавшихся в панцирной сетке, как циркачи на батуте, Гудкова и его американскую подругу...

От всего этого Гудков почувствовал привычное возбуждение...

Но в этот самый момент один из боксеров снова полетел головой в стену, матрос с "Потемкина" слетел с крючка, и тяжелая рама упала на партнершу Гудкова...

Она вскочила с громким воплем, в чем была выскочила на улицу...

Президент понял, что американок, желающих вступить с Гудковым в интимные отношения, больше не найдется...

Он снова потянулся к телефону "горячей линии". На сей раз она работала...

- Да? Так вам в придачу к нашему голубю еще и голубку? - удивился на том конце провода Руководитель одной шестой части света. - Что вы за народ такой, американцы! Палец вам дашь - вы всю руку... Ну ладно уж, пришлю...

Вскоре гудковским семенем, можно сказать, засеяли всю Америку. Расчет оказался верным: подрастало поколение, устойчивое к СПИДу.

Но вот какая странная вещь: с приходом этих ребят на заводы и фермы почему-то стала падать производительность труда, продуктов стало меньше, а воровать стали больше. Люди стали роптать - сначала тихо, потом все громче, стали искать причину происходящего где угодно, только не в самих себе. И вот в октябре две тысячи семнадцатого вспыхнуло восстание и броненосец с революционными матросами вошел в Гудзонов залив...